Месть лавандовой феи

С некоторым запозданием до него дошло, что карета генерального прокурора не означает, что сам генеральный прокурор где-то поблизости. На ней могла приехать и Ронна. Не зря же экипаж стоял в стороне, в одном из многочисленных незаметных переулков.

А госпожа прокурорша, кажется, окончательно потеряла голову от Ияра. Это было в русле плана, но все равно внушало некое беспокойство. Не слишком ли быстро развиваются события? Особенно теперь, когда на носу темный ритуал?

Глава 42

Домой, к матери и Теали, наверняка давно за него беспокоящимся, Кай вернулся задолго до вечера и за ранним ужином рассказал, что ему удалось узнать, рассказал, что встречается с представителями культа Коры… А вот о планах навестить храм лично умолчал.

— Будь осторожен, — только и фыркнула Теали.

— Ты же знаешь, что я справлюсь.

— Угу.

— Если что-то случится, я использую Нить.

Одним из первых артефактов, которые Теали создала, был артефакт последнего шанса, дающий возможность уйти на Изнанку и выйти… неизвестно где. Не факт, что повезет оказаться в безопасности, но все же это шанс избежать гибели.

Встреча на закате прошла никак и в то же время многообещающе. Представители культа прятали лица и имена, скрывались за призрачными завесами и только спрашивали, ничего не обещая, но Кай чувствовал, что ему удалось заинтересовать если не всех, то многих, и культ поможет, если не в чем-то большом, то по крайней мере в малом.

До главного храма Светлейшего пришлось идти пешком. Где-то в проулке к ним присоединился детина под два метра ростом, посмотрел на Кая сверху вниз и ухмыльнулся, радостно демонстрируя нечеловеческие остроигольные зубы.

Объяснять ничего женщина не стала, и Кай, привычный к подобной манере у Теали, промолчал.

Само «похищение» прошло как-то буднично. Женщина поддерживала невидимость, Кай показывал тайный ход, до мельчайшей трещинки в стене совпавший с коридором из видения, так что, оказавшись внизу, Кай совершенно не удивился, что видит брата. Кай вовсю пользовался тем, что может дать культ, и видел в темноте как днем, а вот Рай в своей камере был слеп.