Месть лавандовой феи

Еще не хватало подвергать ее опасности! Если Теа ничего и никогда не запретишь, то матери… тут он с внутренним вздохом вынужден был признать, что Джемма в этом сильно похожа на его напарницу. Не зря же Теали понравилась ему когда-то с первого взгляда…

Так, хватит глупостей.

— Прошло два дня, — словно услышала его мысли Теали. Она дошла до кресла, в котором и устроилась с удобством. Даже взяла из вазы на низком столике большое красное яблоко. Откусила кусочек и с наслаждением зажмурилась — вкусно. Кай смотрел во все глаза — ему никогда не надоедало любоваться тем, как эта невероятная девушка умеет наслаждаться самыми простыми вещами.

— Конечно, приходили. Больше десятка странных личностей толклись вокруг дома, но ни один не осмелился постучаться в дверь, — кивнула вдовствующая королева. — А я не стала слишком пристально в них вглядываться. Просто потому, что не знаю, кто пришел на ваш зов, а кто соглядатай того же регента.

"— Вот это правильно, — сразу закивал Кай. — С этим я разберусь. Вы оставайтесь здесь, а я выйду под видом угольщика, пройдусь по улицам и кое-что проверю.

— Один? — тут же отреагировала Теа.

— Один! — решительно отрезал мужчина и поднялся из-за стола. И пока Теали не успела возразить, быстро выскользнул за дверь.

Глава 41

Кай не только ускользнул от назревающего спора, но и хотел урвать немного тишины.

Вдохнув сырой после недавнего дождя воздух, мужчина подумал, что Теа не любит мокрую погоду. Но сейчас следовало думать не о своей ненаглядной фурии, а о том, что делать дальше.

Если видение правдиво, а оно почти наверняка правдиво, то Рай уже заточен в храмовом подземелье. И его нужно вытащить. На последней мысли Кай споткнулся, но да, все верно — не спасти, а именно вытащить.

Из глубин памяти вынырнули детские воспоминания, и мужчина поторопился от них отмахнуться. Он отчаянно не хотел узнать, что брат предатель, но одновременно был готов узнать правду.

Райдену придется сменить один подвал на другой…

В душе привычно заклубилась даже не злость, а ярость, но пока багровый туман не был направлен на брата, он лишь копился, темнел и ждал, на кого выплеснуться.