Месть до первой крови

Моральный и материальный. Денег у меня свободных нет, все вложено в газету… Только редакцией я и могу с нею расплатиться. Она знает, куда бить.

— Ну а продать что-нибудь? Да хотя бы здание, в котором расположен офис «Чайковки» — он же в центре, большие деньги заплатят. Можно ведь и в здании попроще газету выпускать.

— Это не мое здание – я его арендую. Что я еще могу продать? Квартиру? И оставить семью без крыши над головой? Не бери в голову, Лин, — торопливо отмахнулся Игорь, — я что-нибудь придумаю.

— Никак. Урод он и больше ничего, — надулась Лина, вспомнив вчерашнее, — да и стоит ли писать о нем, после всего, что ты рассказал…

Взгляд Лины упал на темно-синюю «Шевроле-Лачетти» — в Старогорске таких было немало, но Лина готова была поспорить, что видела именно эту на автовокзале, когда провожала Катю.

— Что? Что случилось? – проследил за ее взглядом Маликов.

— Игорек, у меня паранойя, наверное, развивается.

Игорь посмотрел на «Шевроле», потом на Лину:

— Уверена? – с сомнением спросил он. – Ну и во что же ты успела вляпаться, дорогая моя?

Игорь ей поверил. Даже позвонил каким-то своим приятелям и выяснил, что машина зарегистрирована на некую Агату Мелконян, жену коммерсанта – даму сорока восьми лет.

— Значит, показалось, — пожала плечами Лина, — разве преступники такими бывают?

— Почему сразу преступники – ты же не знаешь, с какой целью тебя преследуют? Если вообще преследуют.

Следующие несколько часов в течение рабочего дня Лина то и дело выглядывала в окно, из которого отлично была видна «Шевроле». Устав наблюдать за ее мучениями, Игорь взял ключи от машины и приказал:

— Собирайся, сейчас кое-что проверим.

Водил Маликов лихо. Они проехали вдоль проспекта Ленина, свернули на одну из боковых улиц, сделали крюк и вернулись обратно на Чайковского восемь.

— Значит, показалось? – умоляюще смотрела Лина на Маликова.

Игорек пожал плечами:

— Все равно присматривайся. Запомни номер этой «Шевроле» и если еще раз ее увидишь, звони мне в любое время.