Месть до первой крови

— А если в ее квартиру жучков понапихать?! – У Эдика даже глаза загорелись.

Миша фыркнул скептически: фантазия у напарника что-то небогатая.

— Тебе лишь бы жучков понапихать, — поморщилась Агата, – мы не знаем место, мы не знаем время. Мы знаем только, кто с кем должен встретиться.

— Предлагаете прямо на объекты микрофоны крепить? – удивлся Эдик. – А что, можно… К Катасонову подступиться, наверное, не получится: он только в машине и передвигается, а вот Капустница наша вполне доступна.

— Завтра!

— Завтра, — подвела итог Агата, – а сегодня – все по домам. Завтра тяжелый день.

Уже на выходе из офиса Эдик негромко заговорил с Мишей:

— В этой квартире на Суворова что-то не так, — заявил он, — вчера, когда Капустницы стопроцентно не было дома, в квартире горел свет, и видно было, что там кто-то ходит! А звоню в этот момент в квартиру – трубку не берут! И вообще… говорю, шеф, там кто-то живет помимо нее!

— Кто?

— Пока не знаю, но выясню обязательно, — пообещал Эдик.

— Выясни, — кратко согласился Миша, хоть не принял во внимание подозрения о «нехорошей квартире».

***

— Кать, ты ведь еще вернешься?

— Зачем? – искренне удивилась Астафьева, высматривая в глубине улицы автобус.

Девушки стояли на платформе автовокзала: Катя уезжала домой, в Москву, а Лина вызвалась ее проводить до автобуса. После недельного «отпуска» в Старогорске Катя, наконец, поняла, что из Судейской коллегии ей не позвонят уже никогда.

Старогорск, конечно, городок очень милый и уютный, да и с Линкой они, наконец, нашли общий язык. Но пора и честь знать.

— Кать, я же тебе говорила – я боюсь! – шепотом, чтобы не услышали окружающие – народу на платформе было довольно много – отозвалась Лина. – Вот даже сейчас стою здесь, и мне кажется, что на меня кто-то смотрит!

И в подтверждение своих слов она начала беспокойно озираться.