Месяц за Рубиконом

 – Я попытался вспомнить ее имя, не смог и всем лицом изобразил внимание.

– Я будущий хранитель, – сказала она.

– Знаю.

– Уже была бы ею. Дарина не хочет передавать пост.

– Она передаст, – успокоил я.

– Все это неправильно… – Жница посмотрела на Наську с каким-то легким удивлением и даже неприязнью. – Куколки, которые становятся обратно людьми. Стража с боевым оружием. Люди в Гнезде. Интриги. Это не на пользу нашему долгу.

– Немного осталось уже, – ответил я. – Потерпи.

Жница кивнула.

– Нам нельзя обращаться к Инсеку напрямую.

– Потерпи, – повторил я. – Скажи, ты действительно рисковала жизнью, чтобы стать Измененной?

– Да.

– Не страшно было? Не жалеешь?

Жница покачала головой. Глянула на меня, взгляд у нее был очень взрослый, и я вдруг подумал, что он всегда был таким. Еще до Изменения.

– Не все родились с серебряной ложкой во рту, Макс."

"Мне вдруг стало жутко. Я вспомнил Слугу по имени Ника и Слугу по имени Гарри. Они были на другой стороне, но рассуждали точно так же.

– Потерпи, – снова сказал я.

Жница кивнула и ушла. А я остался. Стоял и смотрел на Наську, читавшую книжку.

Почему кто-то остается человеком, даже перестав им быть? А кто-то выбрасывает свою человеческую природу и перешагивает через нее без всякого сожаления?

Лихачев прибыл на служебной машине с выключенными мигалками, которая тут же отъехала в переулки. Поднялся по ступенькам, постоял у дверей, будто решаясь, потом вошел.

Стража обернулась ко мне, я кивнул, она посторонилась.

– Был уверен, что ты вернешься, – сказал Лихачев.

Мне показалось, что он хотел меня обнять, но в последний миг передумал. Будто смутился своих чувств.

Поэтому я сам его обнял, гадая, мой ли это порыв или подсказано воспринятым смыслом.

Лихачев похлопал меня по спине, потом отстранился и внимательно осмотрел.

– Ты заматерел. Вырос и в плечах раздался.

– Второй Призыв, – ответил я. – У вас как, нормально все?

– Один выговор, одна благодарность от начальства, – ответил Лихачев.

Наська надулась, но все же встала и подошла. Лихачев похлопал ее по спине. Сказал:

– Между прочим, я совершаю должностное нарушение. Я должен был уведомить твоих родителей, что ты стала человеком.

– Ничего. Те родители от меня все равно отказались, – отрезала Наська. – У меня теперь другие.

Потом стали подходить «старики-разбойники». Первым пришел Василий.