Месяц за Рубиконом

Потом девушка (видимо, его правнучка?) принесла новый. Она заметно притихла – может быть, услышала рассказ, а может быть, знала эту историю (да и как не знать?) и поняла, о чем речь.

Я хотел спросить, что случилось потом с сестрой старика и ее отцом. Но не стал, конечно, спрашивать. Надеюсь, они смогли с этим жить.

Может быть, эта жуткая история добавила ресторану популярности? Все-таки тэни были хорошими торговцами и умели извлекать выгоду даже из трагедии.

– Прежний был в хорошем настроении, – заметил Вик. – Мог уничтожить весь город.

– Это была не глупость и не доброта, Вик, – ответил я. – Думаю, он все рассчитал. Одно дело убийство, даже жестокое, после него появляется желание мстить. А вот когда тебе показывают, что ты пыль под ногами…

– Может быть, – согласился Вик, чуть подумав. – Прежние очень плохие. Наш долг бороться с ними.

– Вам рассказывают такие истории, верно? – спросил я. – Чтобы вы их ненавидели.

– И чтобы хотели искупить свою вину. Ведь мы и Прежние – одинаковы.

Я помотал головой.

– Нет, Вик. Может, они наши предки, а может, параллельная ветвь человечества… или часть людей в таких превращается, а часть не может…

– Не понимаю, – признался Вик, почесывая подбородок.

– Да не важно. Даже если бы мы были одинаковы – не существует общей вины и общей ответственности. Люди про них не знали и ничего не могли сделать.

– А может быть, всегда знали? Только не хотели верить. Называли их богами, героями, монстрами. Только не людьми.

Я посмотрел на Вика и сказал:

– Знаешь, ты иногда ведешь себя, как ребенок… только не обижайся.

– Спасибо! – Он просиял. – Это Гнездо. Оно меня вылечило и сделало умнее. Теперь я стараюсь хорошо думать… Ты еще будешь есть? Я наелся.

– Аналогично, – ответил я, гадая, где происходила много лет назад та сцена… Надеюсь, что не на этом самом месте.

Краем глаза я видел паренька, идущего от дверей через зал в нашу сторону. На Земле я бы такого назвал старшеклассником, но совершенно не в курсе, сколько здесь учатся в школах.

Парень целеустремленно шел к нам.

Я повернулся, посмотрел на него. Юный тэни слегка замедлил шаг, явно напрягся, но все-таки подошел. Спросил:

– Извините, вы Максим?

Прозвучало у него смешно, «мах-сим». И все-таки он назвал мое имя, да еще и полное.

– Да, – сказал я.

– Извините, меня к вам отправили, – он помялся. – Я могу передать послание?

– От кого? – спросил я зачем-то.

– От Продавца.

Блин.