Мертвые игры 3

Будешь сидеть здесь, пока не перейдешь первый порог самоконтроля.

Вдох-выдох, попытка не скрежетать зубами и взгляд украдкой на часы. Семь вечера. Время ужина и да — я в кабинете ректора уже пять часов сижу на проклятом тьмой коврике! Гнев закипает где-то внутри! Уже заходили Дан и Норт. Оба ушли не сказав мне ни слова. А я устала. Устала настолько, что не могу больше сидеть на коврике, хочется лечь и заснуть, пусть и без ужина.

Скрипнула дверь.

Приподняв ресницы, увидела Эдвина. Некромант улыбнулся мне, затем прошел к демонстративно его не замечающему ректору, остановился рядом со столом главы Некроса.

— Нет, — не поднимая головы, произнес Гаэр-аш.

Эдвин оглянулся на меня, поймав мой умоляющий взгляд, вновь развернулся к ректору и тихо произнес:

— Я вымотал ее на тренировке, Рие может банально не хватить сил.

Оторвавшись от бумаг, Гаэр-аш поднял голову, посмотрел на адепта и сказал:

— Харн, ты ведь все понял.

— Про то, что Риа маг Смерти? — уточнил Эдвин.

— Тогда к чему разговор?

И ректор вновь вернулся к документации, а я поняла, что шансов на спасение нет. Тяжело вздохнув, Эдвин подошел ко мне, присел напротив на корточки, протянув руку погладил по щеке, желая приободрить. А мне так стало меня жаль, до слез.

— Малыш, это не настолько бессмысленно, как кажется на первый взгляд, — тихо произнес некромант, и достав платок, передал мне. — Медитация незаменима в плане самоконтроля, усиливает магический поток, как впрочем, и мыслительный процесс.

Эдвин подмигнул и поднялся. Вскоре за ним закрылась дверь.

Я вытерла дорожки слез, под пристальными взглядами обеих гончих и сидящих на подоконнике летучих мышей, засунула платок в карман, закрыла глаза.

Моря я никогда не видела, но в лесу провела столько дней своего детства. И концентрируясь на дыхании, представила, что вокруг меня шумят упирающиеся в облака деревья, тихо поскрипывая вековыми стволами на ветру…

И провалилась непонятно куда!

В единый миг, не успев даже вдохнуть!

Не осознав, что происходит!

Стало холодно. Неимоверно, неистово, жутко! Холодно настолько, что я вмиг перестала ощущать собственное тело, но распахнула ресницы.