Мертвое море

Виноваты во всем: опоздание завтрака, отсутствие помощи и новостей от моих сотоварищей-архитекторов, полутьма постоянная давит и вообще вгоняет в крайнюю тоску полная бессмысленность моего заточения. Я ведь никоим образом не хотел умалить величие Строителей…

– И я! И я прошу прощения! – завопила рыжая узница. Наверняка мечтала выговориться или хоть что-то узнать о своей судьбе: – Была виновата! Сглупила! Осерчала! Да и вообще, стоит ли истинному мужчине серьезно относиться к нескольким словам отчаявшейся женщины? Вы ведь и так сильней меня, а потому должны прощать мелкие прегрешения.

Напоследок ее голос, даже доносящийся через щели вокруг стальной двери, стал настолько грудной, мурчащий и соблазнительный, что мне оставалось только встряхнуть плечами, отгоняя навалившееся наваждение, и воскликнуть:

– Однако! Сюзанна… С чего вы решили, что я – истинный мужчина? Я молод, даже юн! Мне всего восемнадцать, и у меня впереди прекрасное и светлое будущее.

Из четвертой камеры послышался гомерический хохот. И из восьмой – еле слышное шипение:

– Моллюск недоношенный! – Но с моим-то слухом я прекрасно слышал, как нервно дышит зарвавшаяся фаворитка местного князя. Зато последующие слова прозвучали все с той же обволакивающей страстью и вожделением: – Хорошо, мой юный спаситель! Мы не станем себя связывать узами брака, но я все равно буду выполнять все твои желания.

– Да-а?.. Ну тогда расскажи вначале, как князь управляет своим княжеством? И как ему в этом помогает княгиня? – задал нужные вопросы, рот свободен. Продолжим завтракать… плавно переходя к обеду.

Только вот обитательница камеры напротив отвечать не спешила. Испугалась? Или пыталась понять причины моего интереса? Наверное, второе, потому что осторожно спросила:

– Что за странные вопросы?

– Уж какие есть, – настоял я.

"– А ты можешь? – Жаль, не видно ее ауры. Но по тону чувствуется, что красотка готова на все. Оставалось только выяснить, где это «все» заканчивается.

Поэтому я замолк, отдав дань уважения кулинарным изыскам Карайса, неизвестного мне хозяина ближайшей харчевни. Минут пять царила полная тишина, похоже, и отступнику стало интересно, что расскажет Сюзанна.