Мертвое море

Посторонний подданный и не разобрался бы в сути послания. А вот знающий гайчи сразу мог оценить масштабы приближающейся беды. «Дамой» – называли княгиню. «Первым» – являлся Сток-Лир. «Спешит» – это крайняя опасность, приведение приговора в силу. «Последний раз» – убийство.

После осознания сути записки у Нестора оставалось (а может, и не оставалось!) всего лишь несколько секунд на принятие решений. Можно сбежать, но вряд ли получится. Скорей все исполнители кровавого заказа уже в пути, и неизвестно, с какой они стороны подойдут к дому.

"Можно отсиживаться за крепкими стенами и не менее прочными стальными дверьми, благо что свой дом Брайк укрепил монументально, и находилось его жилище прямо над тюрьмой. Ну и можно было задействовать для своего спасения имеющиеся ресурсы воинского контингента. Все-таки охрана узилища состояла из воинов-ветеранов или отошедших от дел жандармов. А все они просто обязаны были выполнять приказы главного тюремщика. Особенно если эти приказы верно преподнести и верно замотивировать.

А главная мотивация заключалась в вопросе: знает ли князь о готовящейся зачистке неугодного кое-кому палача? Имелся некий риск, что знает. Но тогда и брыкаться не имело никакого смысла. Приговоренный к убийству работник топора и до утра не доживет.

А вот если его сиятельство не в курсе…

Нестор верил, что не в курсе! А потому просто подхватив свои одежды, сбрую с оружием и талисманы с артефактами в единый клубок, бросился вниз, к тюрьме. И только его вид в нижнем белье сразу настроил охрану на самое серьезное отношение к происходящим событиям.

Вдобавок Брайк с круглыми от ужаса глазами кричал как оглашенный:

– Тревога! Заговор! Измена! – Заскочив внутрь твердыни, мог бы уже успокоиться слегка и вздохнуть спокойнее, но продолжал кричать: – Заговорщики мчатся сюда, чтобы выпустить на волю всех преступников, среди которых полно их соратников! Поэтому князь дал наказ сражаться до последнего, но никого не впускать в здание! Совершенно никого и какими бы иными приказами прибывшие не оперировали! Только личное прибытие князя сюда и его устные распоряжения отменят особое положение!

Пока одевался и опоясывался, с удовлетворением наблюдал, как бравые и опытные вояки занимают позиции у бойниц второго этажа и заряжают арбалеты.

– Открывайте!

– Чего надо? – с показной ленцой поинтересовался привратник у ворот.