Мертвая зона

Ничего не поделаешь, нигерийцев даже в Африке считают нахалами. Но если вы им понравились — не будет никаких проблем. Надежные, открытые, добрые люди. По-хорошему наивные. В глубине души.

— Наивные! Я сейчас вспомню спектакль, который они мне закатили — и помру от умиления!

— Знаешь, я их не осуждаю. Нигерийцы учатся притворяться с детства, иначе не выжить. Чтобы быть заметным парнем в студенческом братстве, надо уметь показать крутизну, а чтобы остаться работать в университете, надо быть изрядным дипломатом.

— Понимаю, — сообщил Пасечник хмуро. — Изучал вопрос!

— Да ничего ты не понимаешь, — сказал Лоренцо неожиданно ласково, глядя на Пасечника, как на капризного ребенка.

Точно так же, отметил про себя Леха, смотрели на «босса» проводники.

Сам он по пути в Абуджу действительно «изучал вопрос» и теперь старался не вспоминать в подробностях, какая жестокая мафия нигерийское студенческое братство, и какие дикие там ритуалы, даже если делить слухи на десять.

Вообще, фиксер сейчас наболтал лишнего; интересно, случайно или намеренно.

Леха вообразил, как Ури отрезает язык нерадивому студенту, и слегка поморщился. Всего лишь слегка. Наверное, привык уже, что фантазия подбрасывает веселые картинки.

Ну да, хорошеньких ребят подсунул нам Лоренцо в телохранители... А у него другие, извините, есть? В Абудже любой, кто хоть немного приподнялся над уровнем земли — из таких.

Студенческие братства поставляют стране три ее элиты: частный менеджмент, государственных чиновников и лидеров организованной преступности. В Нигерии нет коррупции в типичном понимании: тут просто все влиятельные люди знакомы с университетской скамьи. Какая это коррупция, если они по сути взаимозаменяемы, что бандит, что министр. Они дружно по-братски воруют, убивают и далее по списку.