Меня зовут Корокотта

Судя по выражению лиц троицы, соврал он безбожно. Да и я знаю, что караван будет здесь через неполные две недели. Мне это неважно. Главное, чтобы повязался со мной деловыми обязательствами. Тогда меня точно не тронут.

— Договорились, — согласился я.

Глава 2

Живу я в доме старухи по имени Мерна, родственницы Дея. У нее есть две дочери, но не хочет их обременять, живет одна. Или зятья не хотят, потому что характер у старухи вздорный. Ко мне не пристает. Отвечаю взаимностью. Это не москвичка в возрасте семьдесят плюс, которые сдают комнаты только одиноким мужчинам, чтобы получить два в одном, или шляются по ночам черт знает где, в надежде, что изнасилует какой-нибудь пьяный отморозок.

Видимся мы с ней мало. У меня нет желания слушать ее ворчание, а болтает она без умолку, даже когда одна, поэтому почти весь день провожу вдали от дома. Старуха редко выходит из него. Целыми днями сидит у входа, чтобы свет попадал в ее убогое жилище в одну комнату с очагом у дальней стены с дырой под потолком для выхода дыма, двумя каменными лежками с тюфяками, набитыми соломой, у боковых стен, и вычесывает овечью шерсть или сучит пряжу из нее.

Первым делом Мерна показала мне глиняный кувшин с широким горлом и сообщила, что ссать надо только в него. Даже если иду по-большому, сперва должен отлить в кувшин, стоявший в отгороженном закутке с выгребной ямой, а потом уже садиться в позе орла над ней. Когда направляюсь в закуток, перестает болтать и прислушивается, контролируя исполнение инструкции. Напомнила мне одну даму из двадцать первого века, которая, когда я шел в туалет, тоже замолкала, чтобы убедиться, что затем помою руки.

Если мне надо было побесить ее, «забывал».

Моча нужна для обработки, размягчения кож и отбеливания и окраски тканей. Мочевина закрепляет цвет. Говорят, что кельтиберы чистят ею зубы, чтобы стали белее, но я не видел. Может быть, делают так свихнувшиеся богачи или эксцентрики. Среди кельтов всегда было много экстравагантных придурков. Удивляюсь, почему до сих пор не увидел ни одного с наизвесткованной и подкрашенной в красный цвет шевелюрой.

Видимо, этот способ выпендриться не для мирных жителей."

"Дни я проводил на берегу моря. Купался, загорал, удивляя аборигенов. Иногда рыбачил и отдавал улов Дею, жена которого готовила рыбу для меня. Как-то сходил в горы и подстрелил серну-самца с черными тонкими рожками, загнутыми назад, который пасся в гордом одиночестве. Уложил одной стрелой, попавшей в сердце. Почувствовал себя снайпером.