Меня зовут Корокотта

Женщинам нет места за столом с мужчинами. Она понесла нитки своей тете, лучшей ткачихе Вересуэки, по мнению племянницы. Поверил ей на слово. Есть люди, которые всегда имеют дело только с самыми лучшими. Вот так вот им везет по жизни.

— Кто эта девушка? — спросил я хозяина мини-таверны.

— Дочка рыбака Эньона (Наковальня), — ответил он.

— Спроси у него, не пора ли ее выдать замуж за меня, — попросил я.

— С удовольствием разузнаю! — радостно согласился Дей.

Не знаю, как сейчас, а в двадцать первом веке у испанцев любимым занятием, уступающим только футболу и корриде, будет изведение под корень одиноких людей.

Дей что-то сказал сыну-подростку, помогавшему матери на кухне, тот сходил к Эньону, позвал в мини-таверну. Будущий мой тесть оказался кряжистым кривоногим мужиком с растрепанной бородой и настороженным взглядом. Складывалось впечатление, что хочет просверлить во мне пару дырок и посмотреть, что там у меня за душой. При этом рыбака явно пёрло от восторга, что такой прославленный командир сватается к его дочери.

— Рано ей замуж. У нас сейчас много работы, помогает матери, — начал он вытанцовывать от домашнего очага.

Я знал, что за невесту из небогатой семьи принято давать от одного барана, который пойдет на праздничный обед, а лучше добавить еще пару или больше. Овцы здесь самый ходовой товар. Я мог бы запросто наменять такое количество, но статус не позволял мелочиться.

— Дам тебе мула-самку. От нее будет больше пользы по хозяйству, — предложил я.

За мула здесь дают в зависимости от возраста, стати, спроса один-два десятка овец. Владелец такой отары считается в Кантабрии почти богачом. Тут тебе и молоко, из которого делают мягкий сыр, и шерсть на пряжу, и приплод в два-три ягненка в год от каждой овцы, и мясо семье, и высокий социальный статус.

— Это ты правильно сказал, от мула больше будет пользы.