Мельницы богов

Существовал телефонный номер (Коннорс пытался выяснить, кому он принадлежит, но безрезультатно), по которому отвечал записанный на пленку голос: «У вас есть шестьдесят секунд, чтобы продиктовать свое сообщение». Этот телефон был на случай непредвиденных обстоятельств. Из телефонной будки Коннорс позвонил по этому номеру и оставил свое сообщение.

Оно было получено в 18.00.

В Буэнос-Айресе было 20.00.

Дважды прослушав сообщение, Контролер набрал номер. Ему пришлось ждать три минуты, прежде чем Неуса Муньес ответила:

– Да?

– Это звонит человек, который раньше имел дело с Ангелом, – сказал Контролер.

– Не знаю, – ответила она пьяным голосом.

Он сдержал свои эмоции.

– Когда вы сможете увидеться с ним?

– Не знаю.

– Послушайте, – он говорил медленно и четко, как будто разговаривал с ребенком, – скажите Ангелу, что это срочно. Я хочу…

– Минутку. Мне надо в туалет.

Она положила трубку на стол. Контролер ждал, кипя от злости.

Минуты через три она взяла трубку.

– Я так напилась пива, что просто нельзя было вытерпеть, – сообщила она.

Он сцепил зубы.

– Это очень важно. – Он боялся, что она ничего не запомнит. – Возьмите бумагу и карандаш. Я вам все продиктую.

* * *В тот вечер Мэри была на ужине, организованном канадским посольством. Когда она шла с работы домой, чтобы переодеться, Джеймс Стикли предупредил ее:

– В этот раз, пожалуйста, только делайте вид, что пьете.

«Они с Майком Слейдом стоят друг друга», – подумала Мэри.

Ужин продолжался, но ей хотелось как можно скорее очутиться дома с детьми. Здесь не было ни одного знакомого лица. Справа от нее сидел греческий судовладелец, слева – английский дипломат.

Одна светская дама из Филадельфии обратилась к Мэри:

– Вам нравится в Вашингтоне, госпожа посол?

– Спасибо. Очень нравится.

– Вы, наверно, очень счастливы, что смогли вырваться из Канзаса?

– Вырваться из Канзаса? – Мэри непонимающе смотрела на нее.

– Я никогда не была в Средней Америке, – продолжала дама, – но я думаю, что это ужасно.

Мэри разозлилась, но старалась говорить ровным голосом.

– Зерно и кукуруза, про которые вы говорите, – вежливо сказала она, – кормят весь мир.

Покровительственным тоном дама заметила:"

"– Наши машины ездят на бензине, но мне бы не хотелось жить на нефтяном месторождении. Однако кто-то ведь должен жить на востоке.