Личное дело майора

А завтра?

На месте ее матери он давно бы выдал Тамару замуж за того, кто раз и навсегда сможет отгородить ее от вожделенных взглядов! Посадит под замок или приставит охрану! А еще лучше заделает ей пару ребятишек.

Женя положил локоть на дверь авто и лениво повернул голову в сторону Томы. Большинство знакомых, кто тесно с ним общался ежедневно, сразу бы поняли, что его леность и беспечность обманны.

глава 2

ГЛАВА 2

– Садись. Вот сюда давай. И сейчас я буду говорить, а ты будешь молча слушать. Поняла, Тамара Сергеевна?

Девушка недовольно поджала губы.

– Жень, не сердись на меня.

– Не сердиться? О, милая, я сейчас испытываю совсем другие чувства. А конкретно – желание взять армейский ремень и отхерачить тебя по заднице! И нет, деточка, не в качестве прелюдии к секс-играм.

По мере того как он говорил, глаза Томы распахивались сильнее, а на щеках заиграл долбаный румянец. И чем бы он ни закончил фразу, она точно представила, как он перекидывает ее, голую, через колено и шлепает по аппетитной попке.

Он-то точно представил!

И пах отреагировал еще быстрее, чем полагалось.

Ситуация осложнилась тем, что на Евгении были хлопковые джоггеры. Возбужденный член не заметить, конечно, можно было. Если не смотреть на пах.

А Тома посмотрела.

Сразу же.

– Ты возбудился, – сказала она об очевидном.

– И что? – рыкнул Евгений, подходя к ней и опускаясь на корточки так, чтобы их лица находились на одном уровне.

Последнее он тоже зря сделал.

Лучше держаться от ее лица и, в частности, губ подальше.

Потому что вся она сплошное искушение. Причем бьющее наотмашь.

Тома сознательно не провоцировала его. По крайней мере, хотелось в это верить, иначе он сильно разочаруется, хотя кому его разочарование сдалось?

Она сидела, не смыкая губ. Чуть заметно приоткрыв сладость, от которой дурелось похлеще водки, что Тихонов выпил.

И он собрался разговоры с этой лялей вести? Серьезно?

Да ее трахать надо. Долго. И много.

– На меня возбудился, – уперто продолжила она, глядя на него во все глаза.

– Я голодный. И возбудился бы на любую другую девушку, – грубовато ответил он, зло прищуривая глаза.

На лице Тамары мгновенно отразилась обида, которую она даже не пыталась скрыть.

– Я тебе не нравлюсь?

– Том, давай проясним, что происходит. Один раз! – Для пущей убедительности он поднял указательный палец. – Я тебе нахрен не сдался. И не пытайся сейчас опровергнуть сказанное мной! У тебя в отношении меня стокгольмский синдром! Только наоборот.