Медвежья кровь

Нет, он не помнил их.

Но присутствие рядом семьи все-таки вызывало в нем те эмоции, ощутить которые он не ожидал. Сейчас мой грозный медведь казался даже смущенным, не видя никого из присутствующих, но, возможно, ощущая то, что казалось ему родным и близким его сердцу.

— Что ты мне дал?

— Капсулу, чтобы вас тут с инсультом не положило.

— Дай еще! Пока я с вами, упырями, ласты не склеил!

И волки, и медведи рассмеялись, качая головами и весело глядя на мужчину, который сидел на земле, приложив большую крепкую ладонь к груди, словно был присмерти.

Мой медведь заметно напрягся, когда к нему повернулся зеленоглазый мужчина и осторожно двинулся в нашу сторону, словно понимал, что Амит не тот, что был раньше.

И я зашевелилась в его руках, чтобы дать медведям возможность пообщаться, все еще надеясь на то, что это даст толчок памяти Аметиста и к нему вернется то, что он забыл.

Мужчины остановились в шаге друг напротив друга и замерли, пока я не могла оторвать глаз от второго Берсерка, лицо которого было чертовски красивым, а глаза с невероятным свечением, что не потухало и не проходило, несмотря на то что он был в обличии человека.

Именно он сделал неожиданно порывистый шаг вперед, крепко обнимая настороженно застывшего Аметиста с таким теплом и искренностью, что мне пришлось закусить губу, чтобы не разрыдаться.

Он обнимал его, как старший брат — младшего.

Прижимая к обнаженной окровавленной груди и положив свою ладонь на затылок Аметиста.

"— Мы так долго искали тебя, братишка! Я боялся, что мы можем не успеть.

Аметист ничего не говорил, но, по крайне мере, и не пытался отстраниться. Даже приобнял в ответ, но неловко и явно очень скованно.

И Бер это, конечно же, заметил и почувствовал.

Чуть отклонился назад, заглядывая в невидящие глаза Аметиста, и тут же нахмурился.

— Ты не видишь меня?

— Нет. Ничего не вижу. И…не помню. Но я знаю твой голос. Я слышал его во снах. Ты пел песню о нашем Праотце.

От честного и прямого ответа Аметиста эмоции Берсерка сменяли одна другую.

От шока до ярости.

От ярости до попыток судорожно понять, чем он мог помочь.

И в конце концов до принятия новой реальности, в которой все было не так радужно, как он предполагал изначально.

Но все-таки мужчина улыбнулся, потрепав Аметиста по волосам и кивая твердо и уверенно:

— Что бы там ни было, мы со всем справимся, дружище. Теперь ты не один. Мы будем всегда рядом.