Media Sapiens. Повесть о третьем сроке

Тут же выясняется, что у некоторых нет с собой кошельков, потому что они находятся у водителей, кто-то, пьяно смеясь, говорит: «А что делать!» – и лезет во внутренний карман, один из гостей, чуть пошатываясь, тут же на подносе выписывает чек, роняя на лежащие купюры пепел своей сигары. Некоторых под локоть выводят супруги, некоторые слиняли ещё раньше. Мужики вроде упираются, но их благоразумные и человечные жёнушки шепчут им на ухо: «У тебя свои дети дома, лучше больше им внимания уделяй». Но в целом тем или иным образом оставшиеся «аллигаторы» были девушкой окучены.

После того, как все гости разъезжаются, я выхожу на улицу. Закрыв глаза, я втягиваю прохладный воздух ночной Москвы. Для этого времени очень тихо. Даже машин не слышно. Вдруг где-то вдалеке слышится цоканье каблуков по асфальту. Я схожу по ступеням и вглядываюсь в ночь. Через дорогу быстрыми шажками переходят телки, оставленные мной в кладовой. Они оглядываются по сторонам, неестественно переступают, аккуратно выставляя ноги в туфлях-платформах для стриптиза.

– Куда, бля! Стоять! – ору я.

Стриптизерши исчезают в кустах на противоположной стороне улицы. Я разражаюсь смехом. Я ржу в голос минуту, две, три. Меня всего трясёт от смеха.

В итоге выяснится, что организаторам мероприятия удалось собрать в пользу детей сумму в районе пяти тысяч долларов США, что составляет 0,00125 процента от совокупного, официально заявленного годового дохода гостей вечера, который, по моим самым скромным прикидкам, равняется двумстам миллионам фунтов стерлингов.

Напомню, что общий бюджет мероприятия составил что-то в районе полтинника. Не включая банкет, разумеется. В целом отдохнули неплохо.

Приехав домой, я первым делом залез в Интернет, чтобы посмотреть, как развивается тема с банковским кризисом.

DowJones:

Теперь понятно, с фуя ли баня сгорела. Что-то быстро «Зевсовцы» среагировали. В оправдания полезли, значит, у ребят на самом деле крыша горит.