Мечников. Том 11. Свет разума

Ну это уже перебор. Он знает даже то, что знаю только я.

— Что происходит? Откуда вы всё это знаете? — перешёл к делу я.

— Такого информатора, как у меня, больше ни у кого нет, Алексей Александрович, — улыбнулся старик. — Он связался со мной уже очень давно. И рассказывает мне всё о том, что с вами происходит. Я знаю всю вашу историю от начала и до конца. Так что не удивляйтесь. И, если честно, изначально трактат Асклепия я вам не планировал давать. Мы с Клавдией хотели обойтись пирожками. Однако «информатор» просил, чтобы я отдал вам книгу.

Так это была не его инициатива… Тогда чья?

— Кто ваш информатор? — ускорил расспрос я. — Почему у вашей семьи столько ценных книг, господин Решетов? Прошу, ответьте честно.

— Я не буду вам лгать. Скажу прямо. Мой информатор — сам Асклепий, — заявил Василий Ионович. — А касаемо ценных книг… Тут вы кое в чём ошиблись, Алексей Александрович. На самом деле моя фамилия не Решетов.

Глава 24"

"Удивить меня сложно, но Василию Ионовичу Решетову это удалось. После того как Анна Елина передала мне весточку от него, я сразу понял, что с этим стариком не всё так просто.

Но то, что мне поведал Василий Ионович, с трудом встраивалось в мою картину мира. Это не поддавалось никакой логике. Всё это время Решетов общался с Асклепием? И на самом деле сам старик вообще не является Решетовым? И как это, чёрт подери, понимать?

— Понимаю ваше замешательство, Алексей Александрович, — улыбнулся Василий Ионович.

— Вы куда-то спешите? — уточнил я.

— Нет, но я знаю, что у вас впереди ещё много дел, поэтому и бросаюсь голыми фактами, — пожал плечами старик.

— Ну уж нет! — покачал головой я. — То, что вы мне сказали, требует объяснений. Я готов задержаться на столько, на сколько потребуется.

В этот момент к нам подошла Клавдия Решетова и поставила на стол чайник и две чашки.

— Спасибо, Клава, — улыбнулся Василий Ионович.

Со стороны может показаться, что Решетов просто хочет поскорее избавиться от моей компании, но на самом деле его цель — убрать отсюда Клавдию, так как этот разговор никто больше услышать не должен.

— А теперь давайте по порядку, — произнёс я, когда супруга Василия Ионовича ушла домой.