Курок

Улыбнувшись, я забрал шашки и отдал одну Уиллу.

– Один на одного, – сказал я ему.

Парень ушел, на ходу передавая остальным оборонную стратегию, которую применяли в баскетболе для блокировки защитников в решающие моменты.

Я снял маску, пригладил волосы и одернул костюм.

– Следи за дверью, – произнес я одними губами только что вошедшему Льву.

У меня мелькнула мысль оставить Уинтер здесь – не хотел, чтобы отец ее увидел, – но так она окажется уязвимой для его людей.

Взяв ее за руку, я повел девушку за собой и направился прямо к отцу, схватив бокал с подноса.

Его собеседник заметил, что глаза Гэбриэла были прикованы ко мне, уловил намек, извинился и медленно отошел.

Отец посмотрел на меня, потом перевел взгляд на окружающих нас людей, наверное, гадая, как далеко я намеревался зайти.

– Чего ты хочешь? – спросил он.

Шагнув вперед, я остановился перед ним и сделал глоток.

– Тандер-Бэй, – ответил я тихо.

– Ты можешь получить гораздо больше.

– Уйди, – приказал я, проигнорировав его слова.

 – Или я тебя заставлю.

Гэбриэл лишь рассмеялся, тоже отхлебнув из своего стакана.

– Со мной не так уж легко справиться. – Он глянул на меня с ухмылкой на вытянутом лице. – Ты до сих пор остаешься паршивым ребенком. Крутой со всеми, кроме меня.

Уинтер сжала мой пиджак сзади и уткнулась лбом мне в спину, напомнив, что она рядом.

Но я не сводил глаз с отца, понимая – он прав. Еще ребенком, когда я наконец-то обрел голос и стал перечить людям, сокрушать всех, кого считал угрозой для себя, причинять боль другим, чтобы не страдать самому, я его все равно боялся, потому что нуждался в нем.

Насколько хуже сложилась бы моя жизнь без защиты, обеспеченной отцовскими деньгами и влиянием?

На определенном этапе я начал задаваться вопросом: вел ли я себя так, потому что мог? Или мое поведение являлось единственным способом выжить в том доме? Ведь одиннадцатилетних детей не должны посещать мысли о самоубийстве."

"Гости в зале всполошились. Я не отводил взгляда от глаз отца.

Мои друзья вернулись, и Уинтер была со мной, поэтому я совершенно не сомневался – никакими угрозами отец не изменит курс моих действий. Мне больше не нужен ни он, ни его состояние, ни его защита. Я хотел, чтобы Гэбриэл исчез.

Подальше от этого города, подальше от нас.

Если он откажется уехать добровольно, я без колебаний воспользуюсь той маленькой флешкой с компроматом. Может, этого окажется недостаточно для его уничтожения, однако попытка – не пытка.