Мацзу (СИ)

Затем были ее слезу и страстные поцелуи, будто и в том, и другом пыталась наверстать упущенное за многие годы.

— Боже мой, я даже не мечтала, что может быть так… — Эмили запнулась, подбирая нужное слово.

— Сладко? — подсказал я, убрав с ее вспотевшего белого лба прилипшую, потемневшую, тонкую прядь волос.

— Да, — не желая спорить со мной, произнесла она, — и пронзительно.

После чего взяла мою руку и принялась целовать ладонь так же медленно и нежно, как я ласкал ее тело.

— Твой муж скоро вернется? — спросил я, потому что не хотел сложностей для всех троих.

— Пошел он черту! — озорно произнесла она, после чего сообщила: — Будет к полудню на обед, если мистер Макнахтен не задержит.

— А где вы питаетесь? — поинтересовался я.

— Нам из кухни приносят, которая обслуживает всех, живущих в доме. Расположена ярдах в ста от него. Пока донесут, становится холодным, — рассказала она.

А я думал, что только в России строят раздевалку и через дорогу — баню.

— И туалет тоже во дворе.

Ночью посудину используем. Так неудобно! — продолжила она жаловаться.

Про туалет она вовремя сообщила. Наверное, почувствовала, что у меня уже на клапан давит.

В гостиной на столе нас ждал остывший чай.

— Выпьем по чашке? — спросила Эмили.

— Мне пора. Завтра приду пораньше, — пообещал я.

— Нет, попозже, когда начнет темнеть. Завтра Самуэль уезжает с мистером Макнахтеном, чтобы присоединиться к сэру Идену, который инспектирует территории, — сообщила она и проинструктировала: — Постарайся, чтобы тебя не заметили возле моей двери.

Не стучи, она будет открыта.

В глазах ее уже стояли слезы. Уверен, что после моего ухода вернутся в кровать и будет реветь, пока не вернется муж, и что уедет он без сладкого на прощанье. Если не справился с женщиной ночью, будешь выгребать днем.

27"

"Я ночевал в Доме правительства до ухода шхуны в Макао. Приходил вечером, до захода солнца, стараясь юркнуть в заветную дверь незаметно. Ночью вели себя не очень шумно, но акустика в доме была та еще, так что, уверен, у соседок было много поводов завидовать безутешной Эмили Кушинг, блюдущей верность мужу, уехавшему по служебным делам.

Мы пытались соблюдать приличия, поэтому я покидал любовницу на рассвете, когда все спали. Или почти все, потому что, проходя предельно тихо по коридору, за некоторыми дверьми слышал шорох. Наверное, некоторые завистницы не спали всю ночь, чтобы удовлетворить здоровое женское любопытство.