Мать-и-мачеха (СИ)

То, как она украдкой вздыхает и опускает взгляд. Ее определенно что-то терзало."

"— Дела сердечные? — спросил Семен Петрович, мягко улыбаясь.

— Что, простите?.. — Марья приложила ладони к внезапно вспыхнувшим щекам. — О чем это вы?

— О тебе, душенька. Несмотря на солидный возраст, я отлично помню, как выглядят влюбленные женщины. Влюбленные и глубоко несчастные. Твой «принц» не отвечает взаимностью?

Отпираться было глупо. Семен Петрович так тонко чувствовал настроение Марьи, что наверняка понял бы, соври она о своем состоянии.

— Кажется, именно так.

Марья отвела взгляд.

— Не могу представить того глупца, который откажется от такой умницы и красавицы, как ты, Марья. Кто хоть такой, скажешь? Я с ним знаком?

Щеки Марьи запылали ярче.

Семен Петрович как никто знал собственного сына. Но Марья скорее проглотила бы собственный язык, чем призналась, в кого влюблена. Она до сих пор испытывала стыд. И пусть не пыталась увести Владимира у Пэтси, в мыслях всегда была с ним. Ничто: ни работа, ни развлечения не могли заставить ее забыться.

— Простите, мне не хочется говорить об этом.

Семен Петрович понимающе кивнул и сменил тему разговора. Однако когда мимолетом упомянул о своем сыне, заметил, как Марья затаила дыхание. Неужели? Выходит, она…

— Как поживает Владимир? — все же решилась спросить Марья.

Хотела добавить «почему он не приехал», но замолчала на полуслове.

Семен Петрович сам все понял.

Марья — другое дело. О такой невестке Семен Петрович мог только мечтать. Больше того, принимая ее на работу, он надеялся, что сын обратит внимание на достойную женщину. Так и вышло. Но появление Пэтси,да еще и объявление о скорой свадьбе спутало все планы. Семену Петровичу впервой было примерять на себя роль сводницы, и он считал, что справился не лучшим образом.

— Он срочно уехал из города, — нахмурившись,признался Семен Петрович. Умолчал о том, кто и куда его вызвал. — Если бы Володя был дома, то непременно приехал вместе с нами. В следующий раз обязательно явится лично. Я уверен. Если ты, Марья, конечно же, пригласишь нас еще раз.

— С радостью, — улыбнулась она.

Ее разговор с Семеном Петровичем вернулся в прежнее безопасное русло.