Мастера детектива. Выпуск 8

Я поднялся навстречу, и мы обменялись рукопожатием. Он положил панаму на стол и огляделся по сторонам. Копна черных волос стала чуть короче, нежели в апреле, кустистые брови по-прежнему не ведали ножниц, а широченные плечи, казалось, стали еще шире. Я пригласил его присесть, и он не отказался.

— Приношу извинения, — начал я, — что так и не расплатился за тот завтрак. Он спас мне жизнь.

— Пустяки, — отмахнулся Макс Кристи. — Ну, как дела?

— Да так, не жалуюсь. А у тебя?

— Я был чертовски занят. — Он вытащил носовой платок и промокнул лицо и шею.

— Я кое-что о тебе слышал.

— Да? Не удивительно. А ты мне так и не позвонил. Или звонил?

— Номер, — назвал я, — Черчилль-пять-три-два-три-два.

— Но ты так и не удосужился набрать его.

— Да, сэр, — признался я, — вы правы. Сам знаешь: то одно, то другое, а потом мне не слишком нравилось, что если меня возьмут, то сначала подвергнут испытаниям, как ты посулил.

Он запрокинул голову назад и заржал, потом перестал и сказал серьезным тоном:

— Ты неверно меня понял, Гудвин. Я просто имел в виду, что, учитывая прошлые грешки, мы должны поспешать, не торопясь. — Он утер платком лоб. — Ну и вспотел же я, черт побери. С тех пор мы маленько обсуждали сей вопрос и, уверяю, никто не держит тебя за фраера. Мы обратили внимание, что ты не бездельничал с тех пор, как открыл свою контору, хотя занимался ерундой.

— У них принято допоздна торчать на службе.

Он кивнул.

— А ты, надо полагать, не привык к узде?

— Никогда ее не примерял и не собираюсь.

— А чем сейчас занят? Что-нибудь важное?

— Я же сказал по телефону: собираюсь в отпуск. В субботу отплываю.

Он глянул на меня с неодобрением.

— Отпуск тебе ни к чему. Если кто и нуждается в отпуске, то это я, а мне его не дают.

Я помотал головой.

— Не сейчас, когда вернусь.

— Тогда будет поздно. Тут нужно кое-кого выследить, а у нас не хватает людей, к тому же это крепкий орешек. Мы приставили к нему двух «хвостов», но он разоблачил обоих. Тебе понадобится пара помощников, а лучше даже трое. Можешь нанять тех, кого знаешь, давать им задания и платить из пяти сотен в день, что тебе положат.

Я присвистнул.

— А в чем дело? Почему такая горячка?

— Ни в чем.