Мастера детектива. Выпуск 2

Я заметил, что мы должны выйти из дому через час и двадцать минут, и они чертыхнулись. Я спустился вниз и встретил Фрица, выходящего из комнаты Вульфа, куда он, как обычно в это время, отнес шефу завтрак. В 8.30 я отправился в контору и начал трудовой день со звонка миссис Бранер. Я извинился за то, что беспокою ее так рано, но у меня важное сообщение и я прошу ее в 9.45 позвонить мне из телефона–автомата по номеру, который я ей сообщил прежде. Она сказала, что это помешает деловому свиданию, назначенному ею, и спросила, насколько важен этот звонок.

Итак, мы могли не спешить с завтраком, и это было весьма кстати.

Фриц знал, что Саул, Фред и Орри любят фаршированные яйца, так что это было главным блюдом, и мы уплели их по четыре штуки, не считая тостов и бекона.

С удостоверениями личности наших вчерашних гостей в кармане я покинул дом в сопровождении телохранителя и в 9.40 уже был в угловой аптеке, возле телефона. При моем знании женщин я приготовился к двадцатиминутному ожиданию, но в 9.

Миссис Бранер выразила надежду, что наш разговор действительно важен, так как она не желает из–за пустяков опоздать на деловое свидание.

– У вас не может быть более важного свидания, – ответил я. – Забудьте о всех ваших деловых встречах.

– Сегодня? Но я не могу!"

"– Можете и должны. Вам дважды не понравился мой тон, но все это пустяки по сравнению с тем, что вы услышите, если скажете, что не придете. Мистер Вульф может даже вернуть вам полученный аванс.

– Но почему? Что случилось?

– Я всего–навсего курьер. Вы все узнаете, когда придете. Это не просто важно, это жизненно важно.

Короткое молчание.

– Без четверти одиннадцать?

– Или раньше.

Опять молчание.

– Хорошо. Буду.

– Вот и отлично. Вы прекрасный клиент. Не будь вы богаты, я бы женился на вас.

– Что?! Что вы сказали?

– Ничего. – Я повесил трубку.

Недоспав, я чувствовал себя неважно, но, понимая значение порученного мне дела, быстро шагал к Континентальному банку на Лексингтон–авеню, подгоняемый в спину зимним ветром.

Не многие имеют такого телохранителя, какой был у меня, — лучшего между двумя океанами, к тому же чертовски хорошими океанами.