Мастера детектива. Выпуск 2

Слишком многое в этом предприятии находилось вне нашего контроля. Когда я, например, позвонил Хьюиту по телефону–автомату в понедельник и спросил, как продвигаются дела, он ответил, что все идет отлично, что он нанял одного актера в одном агентстве, а второго – в другом и что оба они прибудут к нему во вторник вечером; я поинтересовался, удостоверился ли он в том, что тот, который предназначался исполнять мою роль, умеет водить машину и имеет права; на это Хьюит ответил, что позабыл спросить, но что теперь все умеют водить машину.

А ведь это было чрезвычайно важно, и он должен был знать об этом! Он обещал справиться немедленно – номер домашнего телефона этого актера был ему известен. Что касается других деталей, все было более или менее в порядке. Действительно, он позвонил Вульфу во вторник, как и было условлено, и сообщил, что весьма огорчен тем, что не имеет возможности прислать обещанных двадцать орхидей Phalaenopsis Aphrodite, а присылает всего дюжину; что касается Oncidium flexuosum, то пока их вообще нет ни одной; однако он приложит все усилия, чтобы достать и отправить орхидеи до полудня в среду, так что они прибудут к нам к двум часам. Он также был молодцом, сообщив о закупленных продуктах и приготовлениях к трапезе десяти гурманов. В общем, все шло по плану. И все же чувство тревоги не покидало меня.

Фред Дэркин и Орри Кэтер не вызывали у меня беспокойства. Они были поручены Саулу, который, будь с ними хоть какая–нибудь заминка, поставил бы нас в известность. Каким образом – его дело.

Весь день и вечер в понедельник и даже часть вторника Вульф и я провели в обсуждении наших дальнейших действии. Особенно много времени мы посвятили тому, должен ли я позвонить Бреггу и сказать, что Вульф обладает информацией относительно убийства Элтхауза и что я хочу выйти из игры и могу передать ему все материалы, какие у нас имеются по этому делу, за десять, двадцать или пятьдесят тысяч. Трудность заключалась в том, что мы его не знали. Можно было почти наверняка предположить, что он клюнет на эту приманку, но могло случиться и наоборот: у него возникнут подозрения.

Наконец поздно вечером во вторник мы похоронили эту идею. Она была слишком рискованна, да и времени к тому же было у нас в обрез

В девять часов в среду, сидя за завтраком, я услышал, что лифт поднимает Вульфа наверх, в оранжерею, и, прихватив с собой чашку кофе, отправился в кабинет помозговать над одной идеей, которая не оставляла меня с понедельника.