Мастер...

Местное отделение располагалось в добротном каменном трехэтажном особняке в центре города. Эрик с сопровождающими расположились на открытой террасе ближайшей кондитерской, а Алекс вошел в дверь местного отделения.

Алекс оказался в небольшом холле с двумя неширокими лестницами, ведущими на верхний этаж и одинаковыми дверями по сторонам. Сразу на входе стояла небольшая конторка, за которой никого не было. На дверях и рядом с ними не было никаких поясняющих табличек, только порядковые номера, ничего не говорящие Алексу.

И если снаружи особняк выглядел добротно и даже солидно, то внутри сразу чувствовался неуютный дух казёнщины и запустения – одинаковые обшарпанные двери, покрашенные когда-то давно темно-коричневой краской, сейчас местами облупившейся. Пол и стены отделаны серыми с разводами матовыми пиленными мраморными плитками, создающими ощущение мрачности и запыленности, чему дополнительно способствовали и узкие окна, пропускающие минимум света. В этом месте не хотелось задержаться и лишнюю минуту.

Из кабинетов периодически выскальзывали какие-то молодые люди в невзрачных сюртуках, в нарукавниках, с пачками бумаг в руках и быстро исчезали в других дверях или наверху.

Он постоял несколько минут, но никому до него не было дела. Потом он попробовал заговорить с выходящими из кабинетов клерками. Но все они задавали одни и те же вопросы «Вам назначено? В какой кабинет?» и пока Алекс пытался объяснить суть своего дела, исчезали за очередной дверью.

К такому его не готовили, ни дядька Горд, ни бабушка Марна. В горных кланах, что вожди, что старейшины считались лишь первыми среди равных и «доступ к телу» мог получить любой горец практически в любой момент, даже ребенок, по крайней мере, его хотя бы выслушают.

Он понял, что если не хочет уйти ни с чем, надо брать ситуацию в свои руки. Очередной клерк с очередными словами «Вам назначено? В какой кабинет?» попытался обогнуть начинающего терять терпение Алекса, чтобы скрыться в недрах канцелярии, но был ловко ухвачен за лацканы сюртука и зафиксирован крепкой рукой к стене.

Несколько раз дернувшись и поняв, что это бесполезно клерк замер и опять было «завел шарманку» с «Вам назначено? В какой кабинет?», но был остановлен короткими и рублеными фразами Алекса «Тихо. Слушай меня». Наконец «уже никуда не спешащий» клерк выслушал его и направил на второй этаж в двадцать первый кабинет.

Кабинет оказался закрыт.