Кумтрест

— Интересно, а… — и тут Пливашов услышал, как из дальней комнаты до него доносятся стоны, охи и вздохи на немецком языке. — Не понял. Это что за звуки?

Он прошёл дальше и увидел, что осужденные смотрят видеофильм порнографического содержания. Прапорщик, находящийся в СУСе, это видел и не принял мер по изъятию запрещённого предмета. Пливашов начал требовать прекратить просмотр видеофильма и доводить до всех правила внутреннего распорядка. В ответ от осужденных он услышал то, чего не слышал никогда в жизни.

— Начальник, ты наверно рамсы попутал.

Возмущению Пливашова не было предела. Он зашёл во внутрь, выключил телевизор и забрал кассету. Зэки охренели от такой дерзости проверяющего. Они потребовали вернуть кассету, но в ответ получили отказ. После этого к Пливашову вплотную подошёл осужденный Мальгин по кличке Сухарь. Он же смотрящий за строгими условиями и когда-то хороший рукопашник.

— Или ты вернёшь кассету, или мы сейчас начнём резаться. Устроим такой бунт, что тебе мало не покажется."

"— Это мы ещё посмотрим. — ответил Пливашов. — За нарушение закона вы все будете наказаны.

— Хорошо, посмотрим. — сказал Мальгин.

Под крики зэков началась словесная ссора между Пливашовым и Мальгиным. Закон против понятий. Прапорщик с помощником дежурного стояли в стороне и наблюдали эту картину. В итоге помощник не выдержал и сказал по рации, чтобы в СУС позвали опера.

Вскоре пришёл Бобышкин и попытался поговорить с Пливашовым, но безрезультатно. Он упёрся, как баран в новые ворота. Зэки, понимая, что Бобышкин не сумел договориться с проверяющим, выставили ультиматум. Они дали десять минут на возврат кассеты.

— Время пошло. — демонстративно сказал Мальгин Пливашову.

Бобышкин, не теряя времени, позвонил начальнику оперативного отдела и доложил о проверяющем капитане Пливашове. Он довёл обстановку, которая может через десять минут выйти из-под контроля.