Мародёр 2

Чёрт, да я тут большинство парней по именам знал. Вот так подходя, свободные, около тридцати бойцов, многие офицеры, разминались, насторожено поглядывая, как я подхожу.

- Привет, парни. Я вчера в батальон с пополнением прибыл. Командир «бэхи», сержант Добровольский. Можно с вами утром тренироваться? А то я глянул на парней взвода, к которому подчинён, там дохляки одни, нормально спарринг не проведёшь, я их или покалечу или убью. Мне полный контакт нужен.

- Обучил кто? - спросил капитан Тарасов, командир одной из групп, мы пару раз совместно действовали.

- Бывший спец, тоже в спецуре служил, пока на пенсию не вышел. Во Вьетнаме зелёные береты давил. Имени не скажу, извиняйте, я слово дал. Сами понимаете, ему влетит если узнают, а я ему чем-то понравился. Говорил, я на него молодого похож.

- Чему учил?

- Да всему, русбой, на ножах, оружие тоже. Он егерь, и меня лесовиком делал. В джунглях больше всего работал, вот и передавал опыт.

- И как долго?

- Мне хватило, - ответил я уклончиво.

По званию не обращался, все знаки различия не носили, иначе как я объясню свои знания? Тарасов кивнул одному из своих бойцов:

- Проверь его.

Помню гориллу эту, прапорщик тот, гранатомётчик штатный, в группе Тарасова. Говорили знатный рукопашник. Тот меня окинул взглядом, я ему едва по плечо, и спросил:

- Размяться надо?

- Нет, я на зарядке размялся.

Так что отложив в сторону автомат, бушлат скинул, тут песчаная площадка, причём, отметил, что несколько офицеров со стороны, там штаб батальона и отряда был, за нами с интересом наблюдают.

- А неплохо, - сказал Тарасов, с удивлением глядя на меня, потом перевёл взгляд на прапорщика, коему помогали встать.

- Давайте сразу троих, хоть согреюсь.

- Нахал. Будет тебе трое. Ты, ты и ты, работайте.

Вот тут уже был жёсткий махач. Двое парой работали, один наскоками. Минут десять я крутился, пока одиночку не подловил. А вырубил, и уже двоих атаковал, жёстко, отбив им руки, но одного успел отправить в нокаут, второго нет, Тарасов схватку остановил. Я сразу же отпрыгнул и отошёл, показывая, что контролирую себя и в боевое безумие не впал.