Марш королей

Принц бежал по коридорам, затем вниз по каменной винтовой лестнице, спускаясь все ниже и ниже по направлению к покоям лакеев.

Наконец, он ворвался в подвал, чем немало удивил нескольких слуг. Они как раз скребли огромные котлы и кипятили огромные ведра воды. В печах для обжигания кирпича ревели огромные огни. Слуги в запятнанных фартуках были в поту.

В дальнем углу комнаты Гарет заметил огромный ночной горшок, наполненный доверху отходами, которые плескались в нем каждую минуту.

Подбежав к ближайшему слуге, Гарет отчаянно схватил его за руку.

«Когда последний раз опорожняли горшок?» – спросил он.

«Его относили к реке всего несколько минут назад, милорд».

Развернувшись, Гарет выбежал из комнаты, мчась по коридорам замка обратно к винтовой лестнице, выбегая на холодный ночной воздух.

Принц побежал через поле травы по направлению к реке, запыхавшись.

Приблизившись к реке, Гарет нашел место, где он смог спрятаться за огромным деревом поближе к берегу. Он наблюдал за двумя охранниками, которые подняли большой железный горшок и наклонили его к несущему течению реки.

Гарет наблюдал до тех пор, пока слуги не опорожнили его и не перевернули, пока они не повернули назад с горошком обратно к замку.

Наконец, принц почувствовал удовлетворение. Никто не заметил никакого клинка. Где бы они ни был, теперь он в речных водах, смыт в неизвестность. Если сегодня ночью его отец умрет, не останется ни одной улики, которая могла бы привести к убийце.

Или останется?

Глава пятая

Тор с Кроном за пазухой следовал за Рисом по пятам, когда они пробирались через черный ход к покоям короля.

«Он был построен в замке сотни лет назад», – объяснил Рис шепотом, когда они поднимались, тяжело дыша. – «Прадедом моего отца, третьим королем МакГилом. Он построил его после осады – это путь к спасению. По иронии судьбы, с тех пор нас никогда не осаждали, и этими коридорами не пользовались столетиями. Они были заколочены, но я исследовал их в детстве. Время от времени мне нравится ходить по этим проходам, чтобы обойти замок, пока никто не знает, где я.