Мариса. Хранительница стихий (СИ)

"

"— Нас скормят тьме, — совершенно нелогично резюмировал настоящий смотритель.

— Как это? — не поняла я, за что заслужила еще один странный взгляд.

— А я тебе говорил, что она умеет удивлять. Эта куколка хранит в своей милой головке не одну тайну, — каким-то чересчур довольным голосом произнес Морис.

— Аса…

— Марисандра, — подсказал Морис, а я стрельнула в обманщика недовольным взглядом.

— Аса Марисандра, как так вышло, что вы гостите в нашем доме, вместо того, чтобы присутствовать на собственном выборе? — поинтересовался брат Мориса.

— Я…

— Она отказалась от выбора и разорвала связь с родом! — начал закидывать брата спойлерами этот наглый ас.

— Что за чушь? — не поверил ему смотритель и вернулся ко мне. — И все же?

— Ваш брат не солгал. Меня вынуждали к этому браку и я осмелилась попросить о помощи, — честно призналась я.

— Это полное фиаско. Нас точно скормят тьме! — подытожил законник.

— Почему?

— Потому что ваше мнение, юная аса, чистая формальность, давно отошедшая в историю, — подтвердил мои опасения кареглазый.

— Но так написано в книге! — возмутилась подобным беспределом я.

— Написано. Там вообще много чего написано. Что дочери стихий должны ограждаться от брака до двадцати пяти, например. Но дайте угадать, вам ведь двадцать?

— Нет… То есть да, — быстро исправилась я, а Морис хохотнул. — Не надо так на меня смотреть, я перенервничала, день был тот еще.

— И он не закончен. Ведь разорвать вашу связь с родом, просто потому что вы так захотели, было нельзя!

— Но Морис это сделал.

— Потому что Морис… А-а-а! Аса Марисандра, вы не хотите вернуться к семье? Снова стать частью рода? — явно понадеялся на мое благоразумие мужчина.

— Однозначно, нет, — категорично заявила я, явно не облегчая ему жизнь.

— Может мы ее хоть в дом заведем? Смеркается, — неожиданно проявил гостеприимство Морис.

— Ты зачем ее к нам привел? — вместо ответа спросил законник.

— Один особо ретивый жених собирался овладеть ей, как только она покинет род.

— Теперь он овладеет сначала нами, а потом ей, — развел руками брат Мориса в каком-то отчаянье.

Словно считывая его настроение, на улице пошел дождь, роняя тяжелые капли на мои плечи. Мне стало зябко и я обхватила себя руками.

— Ладно, аса, пройдемте в дом. Надо решить, как теперь нам всем быть.