Кротовский, может, хватит?

Мне приходится вжимать мобилу в ухо, чтоб слышать самодовольные рассуждения Спайдера.

— Именно так, мистер Кротовский. Всю эту партию я разыграл только ради вашей печатицы. Такие люди рождаются раз в сто лет. И когда пробежал слух, что в дремучей России опять появился свой печатник… вы понимаете меня… я задался целью его заполочить… вернее ее…

— А если она откажется на тебя работать?

Мой вопрос Спайдер пропустил мимо ушей.

— И почему только в Индию, мистер Кротовский… не забывайте про Китай и Персию.

— Русский император тебе не спустит этого с рук.

— И что он сделает? — Спайдер радостно рассмеялся, — Это ваша знаменитая русская черта. Что имеем, не храним. Вы, русские, слишком небрежны к собственным богатствам.

— Тогда я сам тебя достану, Спайдер.

Мы выехали за город. Настасья гонит мотоцикл по грунтовке, ведущей в Кустовой. Других дорог из Кречевска все равно нет. И сомнений у меня нет. Чарли именно туда и едет.

— Не надо жадничать, мистер Кротовский. Это была честная сделка.

— Какая еще сделка? Что ты лепишь?

— Я отдал вам Кречевск.

— Говно, твой размен, Чарли.

— Да ладно, Кротовский, умейте проигрывать. Эта партия осталась за мной. Впрочем, шансов у вас не было. Я просчитал все ваши шаги. Даже про вашего агента я знал. При всех талантах баронессы… увы… разыгрывать из себя простушку-посудомойку…

Черт, он даже про Еву знает. Грамотно работает Чарли Спайдер, умело раскинул свои сети… и как только Белкина появилась в Кречевске, сразу ее сцапал…

— А твой агент, Крысючиха, да Чарли? — озвучиваю внезапную догадку и попадаю в точку.

— Так себе она агент, — недовольно отозвался англичанин, видимо, неприятно ему, что сам же навел меня на мысль, — И это уже ничего не изменит. Повторяю, гнаться за мной бесполезно. Мне известны технические характеристики мотоцикла. Он не вытянет погони.

— Да? Ты никак занервничал, Чарли? Я тебе еще подкину небольшой повод для беспокойства. Над этим ливерпульским мотоциклом немного поколдовали два толковых русских инженера.

Спайдер отключил трубу, и попытки ему перезвонить ни к чему не привели. Это, конечно, хорошо, что он занервничал, только мотоцикл и в самом деле тяжело переносит затяжную гонку. Нам не удалось нагнать английскую машину ни через час, ни через два.

Настасьин железный конь начал чихать и сбоить. Один раз нам пришлось остановиться у ручья, чтобы долить воды в радиатор. Наступил вечер, а за вечером опустилась ночь.