Марь

– Ну ты же сам сказал, что тебе сон приснился… А сны ведь сбываются – ты разве этого не знаешь?..

Он давил на больную мозоль Серегина. Психолог, с усмешкой подумал Димка, однако возникшая в нем не вдруг тревога теперь не отпускала его.

– Ну а тебе какое дело до меня? – неожиданно спрашивает он Аноху. – Побегу я, не побегу – тебе-то что?

Нет, не знал Серегин, какие в тот момент мысли роились в голове Анохина. А тот уже прикидывал, чем этот парень может помочь ему и его дружкам, которые, в отличие от него, давно уже решились на побег.

– Да мне что, мне от тебя ничего не надо… – произнес Аноха. – Просто тебя жалко… Слушай… – неожиданно говорит он ему. – А может, и нам с тобой бежать, а? Вместе как-то веселее. У нас ведь тоже там… – он кивает куда-то в сторону, – свои дела имеются… И мамаши нас ждут, и братишки с сестренками… А тут мы подохнем, понимаешь? Еще неделя-другая – и все… И не видать тебе никогда своей крали.

Димка дуреет от этих слов.

– Бежать, говоришь?.. Ну давай, побежим! – в каком-то диком порыве чувств произносит он.

– Тс-с… – прикладывает палец к губам Аноха. – Только не надо так громко… Еще какая-нибудь сволочь услышит – считай, все пропало…

– Давай побежим… – уже тише повторил Серегин, чувствуя, как его одновременно охватывает и радость надежды, и смятение.

Блатные повеселели – им нравился этот разговор.

– Ну вот и ладненько… – проговорил Анохин. – Только смотри, парень, не проболтайся кому. Ты понял меня? – Димыч кивнул. – Ну а теперь слушай меня внимательно… – он делает небольшую паузу, видимо, решая, с чего начать. – Сам знаешь, дорога дальняя, так что надо подумать, что нам с собою взять…

– А что тут думать! – неожиданно входит в раж Серегин, но тут Аноха вновь шикает на него: дескать, потише, фраер, не забывай, где мы находимся.

Он было начал перечислять, что Серегин должен добыть для побега, но в этот момент в палатку заглянул часовой и гнусавым голосом скомандовал:

– Подъем! Выходи строиться на зарядку!

Ну вот и все, еще одна ночь пролетела… Охая и проклиная все на свете, они выползли из палатки. Мела поземка. Зябко кутаясь в бушлаты, они стали натужно опорожнять свои мочевые пузыри. Тут же из балков высыпала братва.