Манускрипт дьявола

Куда девалось мое всегдашнее ехидство? Я, относившийся к жизни как к игре, в которой мне удалось обыграть десятки простаков, вдруг ощутил, что и мое поражение может быть близко, и случится это, если я не исполню задуманное.

Я худел с каждым днем, взгляд мой стал угрюм, а речь – скупа и невыразительна, и многие из знакомцев стали обходить меня стороной, завидя на улице. По городу поползли слухи, что Эдвард Келли болен – об этом рассказала Молли, озабоченно посматривая на меня. Что ж, сплетники были не так уж и не правы – я и впрямь ощущал себя больным.

Я сбился со счета, сколько раз он повышал цену! Теперь каждое утро путь мой пролегал к его дому, и каждый раз, входя в комнату, я в страхе встречал взгляд старика: узнает ли он меня? а узнав, согласится ли на сделку? Раз за разом старый алхимик придумывал новые причины для отказа, а я тем временем распродавал свою собственность, чтобы собрать сумму, которую он требовал.

Когда я наконец достиг этого, у меня почти ничего не осталось. Не могу сказать, что я стал нищим, но впервые мне пришлось отсчитывать для Молли монеты, жалея о каждой из них.

И тогда же, будто насмехаясь, Якоб неожиданно показал мне, где же хранится его золото."

"Скорее всего, это произошло случайно: открыв дверцу того самого ветхого шкафа, за которым я прятался, он начал что-то искать внутри и задел заднюю стенку.

Я не мог разглядеть хорошенько, что же там было, но ни секунды не сомневался, что видел тайник старика.

За шкафом в стене находилась ниша. Должно быть, Якоб приспособил заднюю панель шкафа вместо двери, за которую он и складывал свое золото.

Проверить свою догадку мне не удалось: когда я пришел к Якобу на другой день, шкафа уже не было на месте. С чьей помощью старик смог вытащить из дома такой громоздкий и тяжелый предмет и куда он перепрятал слитки, узнать не удалось.

А потом случилось то, что заставило меня забыть и о тайнике, и о золоте.