Маникюр для покойника

Любочка внимательно выслушала, а потом сказала:

– Тетя Аня, что случилось?

В ответ директриса вновь разразилась тирадой о животной сущности лиц мужского пола. До наивной девушки постепенно дошел смысл вышесказанного.

– Котя мне изменяет?

Свекровь молча кивнула:

– Видишь ли, детка, есть мужчины, которые просто не способны удовлетвориться единственной женщиной. Сергей Петрович, Котин отец, был как раз из таких… Ни одной юбки не пропускал, сколько я от него натерпелась! Да только куда денешься, двое ребят на руках, сиротить не хотела.

А у тебя никого, и штампа в паспорте нет…

– Он поехал в Эстонию не один?..

Анна Федоровна кивнула:

– У тебя два пути: либо разорвать отношения, либо терпеть до гроба наличие любовниц.

Любочка, гордо вскинув голову, вышла от свекрови и в тот же вечер перетащила свои вещи из «семейной» спальни в бывшую детскую. Ей даже не пришлось ничего объяснять Коте, все сделала Анна Федоровна.

На первый взгляд жизнь не сильно изменилась. По-прежнему по вечерам пили вместе чай, только потом спать разбредались по своим кроватям.

Один раз Люба не выдержала и прокралась к Коте. Студент погладил ее по голове и сказал:

– Прости, Любань, но ты мне как сестра…

Как ни странно, бывшая жена не обиделась, она и сама чувствовала нечто подобное… Так и жили, в мире и дружбе, пока однажды, в июне, когда Анна Федоровна уехала в Кисловодск лечить печень, Костик не привел в дом девушку.

Наглая, черноволосая мерзавка с ярко накрашенными ногтями и губами вульгарно хохотала над плоскими Котиными шутками.

Потом парочка заперлась в спальне. Утром девка нахально курила на кухне вонючие сигареты, едва прикрыв срам Котиной чистой рубашкой, выглаженной Любиными руками. Люба поняла, что может просто убить беспардонную дрянь, и, громко хлопнув дверью, ушла в институт. Но на нахалку ничего не подействовало, и она прожила у Коти до возвращения Анны Федоровны.

Не успела директриса начать распаковывать чемодан, как Люба влетела к ней в комнату с бумагой. Она нашла обмен.

Их четырехкомнатные апартаменты легко делились на три квартиры, каждый получал жилплощадь."

"После разъезда Любочка продолжала дружить с бывшей свекровью, а после окончания института пошла на работу в ее школу. Анна Федоровна, как могла, поддерживала несостоявшуюся невестку, сделала завучем, вручала по каждому поводу грамоты, без устали расхваливала в кабинетах начальства. И, естественно, когда Катукова собралась на пенсию, директорский жезл подхватила Любаня.