Мамин сибиряк

Он был невероятно огромным. Шел вдоль окон и огибал буквой Г журнальный столик, столешница которого была выпилена из цельного дуба. Наверняка один этот стол стоил как вся обстановка в моей квартире. Ну, какой брак, боже?! Нас конкретно занесло… Впрочем, пофиг. Я все равно не помнила пароля от сайта."

"Абсолютно в этом уверенная, я открыла приложение. Мамин, кажется, был занят тем же самым. А Степка просто с интересом на нас смотрел.

– Что, Любаш? – заметив мой интерес, парень дернул бровью.

– Прости. Просто ты как улучшенная версия отца.

– Так бросай его и выходи за меня! – предложил тот, коварно потирая руки.

– Степан! Молоко на губах не обсохло! – рявкнул Мамин. Впрочем, в отличие от меня, Степа ни капли не испугался. У него за годы, проведенные бок о бок с отцом, похоже, выработался иммунитет к его рычанию.

– Папуля так трогательно ревнует… – пропел «малыш».

– Степа!

В голосе Мамина звякнул металл. Степан отступил, подняв над головой руки. Закусив щеку, я ткнула на иконку приложения.

То, естественно, запросило пароль, а когда я уж было хотела оповестить всех присутствующих, что его не помню, поле заполнилось из памяти автоматически. Твою же мать! Меня аж в жар бросило. Впрочем, оставалась еще надежда, что войти на сайт не получится у самого Олежки. Мужчины в этом смысле гораздо более беспечные, чем мы, женщины. Но, очевидно, не этот конкретный экземпляр. Потому что у Мамина никаких проблем с заходом в приложение не возникло.

Пока Степка отвлекся на Лорда, я наклонилась к его отцу:

– Олег, послушай, хватит.

Шутка затянулась.

– Какая шутка?

– Ты знаешь! – возмутилась я, наклонившись к нему еще ближе. Это было ошибкой. Стратегической или тактической – хрен его знает. Но определенно, определенно ошибкой. Его взгляд затягивал не хуже болотной жижи. И цвета его глаза были такого… болотного. Вот никогда бы не подумала, что у трясины настолько красивый цвет! Зелено-горчичный, с необычными янтарными вкраплениями, расходящимися лучиками от зрачка к радужке.

Господи… Я невольно облизала пересохшие губы. Олег опустил на мою макушку ладонь, которая была настолько большой, что обхватывала ее так, будто для этого ее и создали.

– Олег…

Ближе, ближе, еще… Взгляд соскользнул к губам.

– Слушайте, Геракл, кажется, мостится пометить территорию. Вы не принесли его туалет?

Я аж подпрыгнула.

– З-забыли. Я… С-сейчас.

Пулей вылетев из квартиры Маминых, миновала коридор и захлопнула за собой дверь.