Мама на семь лет

- Это моя бывшая жена.

- И где она сейчас?

- Её больше нет.

Мне неудобно расспрашивать об этой женщине и личной жизни Дымова, но теперь другой вопрос не дает покоя: эта девушка со снимка умерла или бросила своего мужа? Что с ней стало?

- Я здесь, потому что похожа на нее?

- Возможно, - загодочно отвечает Дымов и наконец отходит от меня."

"- Но ребенок... Разве мужчины не заводят детей от любимых женщин?

- Много детей мне не нужно. Всего лишь один. Ты похожа на Арину. Для меня это более чем достаточно.

- Вы полагаете, подписи будет достаточно, чтобы захотеть лечь с вами в постель? - сама не понимаю откуда в голосе появляется вызов, но мне возмутительно, что этот человек относится к другим так, словно они его вещи.

- Полагаю, Юля, проблем в твоей жизни слишком много, чтобы так глубоко задумываться о подобных вещах и держать колени сведенными, - чеканит он, а я заливаюсь краской от этих слов и тона, которым Дымов их говорит.

Господи, да он совсем бесчувственный робот? Ему все равно с кем спать? Дистанция между нами тут же сокращается. Андрей берет локон моих волос, наматывает его на палец.

- Анализы твои в норме. Голова скоро пройдет. Ты идеальный для меня вариант.

Я не выдерживаю и отвожу взгляд. Слишком интимный момент и откровенные признания. По крайней мере для меня.

- Это все очень неправильно... Я о другом мечтала.

- Тогда направь эти мечты в нужно русло и станет легче.

Дымов разворачивается и уходит. Я долго смотрю на закрытую дверь и иду к кровати. Беру папку в руки и изучаю бумаги. Хочется заплакать от безнадежности и отчаяния, когда подписываю каждый лист, но и выхода другого у меня нет. Я обязательно пожалею о принятом решении, но… возможно Дымов лишь с виду такой грозный и неприступный, а мне удастся растопить его сердце своей нежностью? Ведь любое сотрудничество можно продлить при желании и особенно имея общего ребенка, правда?

Я спускаюсь на ужин, надев темно-синее платье футляр, которое нашла в гардеробе.

- Почему на семь лет? - спрашиваю, положив перед ним папку с документами.

- Подписала? - уточняет он.

- Да. Почему семь лет? - повторяю вопрос.