Мама для наследника

— Но она слишком слаба после родов, столько крови потеряла и в новом теле не до конца освоилась, — попытался возразить доктор, но сник под взглядом своего повелителя и тоже отошел подальше.

— Перенесите ребенка в детскую, приставьте нянек, найдите кормилицу. Головой за него отвечаете. — Это чертово величество обвело всех, наверное, очень страшным взором, от которого присутствующие буквально съежились, и направилось к выходу.

— Так вот какая она, благодарность правителя! — не выдержала я. — Значит, вот так вы оцениваете жизнь своего сына и наследника, которую я, именно я, ему подарила? И в итоге потеряла свою.

Повисла пауза, и мне показалось, что трое мужчин реально уменьшились в размерах и попытались мимикрировать под обстановку комнаты. Пусть они боятся, мне уже не страшно. После аварии, в которую я попала, хотя и не увидела ее толком, и тяжелых родов с перспективой остаться одной непонятно где терять абсолютно нечего.

— И что же ты предлагаешь? Осыпать тебя почестями, как мать наследника, и стоять рядом с опахалом? — поинтересовался этот ужасный тип.

— Нет, просто дайте мне нормально выздороветь, осмотреться, и я сама покину ваш гостеприимный дом.

Тишина казалась жуткой. Я понимала, прикажи он выгнать меня немедленно, — выгонят и глазом не моргнут.

— Хорошо, — наконец согласился повелитель. — Но как только целитель сочтет, что ты поправилась, сразу покинешь стены дворца. Говорить о подмене хоть кому-нибудь я запрещаю. Это касается всех присутствующих.

Ждать моего ответа или благодарности правитель не стал, быстро вышел и закрыл дверь, а несчастные облегченно вздохнули.

— Ладно, — доктор, или, правильнее сказать, целитель, подошел ко мне, — сейчас начнем накладывать швы…

Глава 2

ЗНАКОМСТВО С СЫНОМ

Швы, вопреки моим опасениям, накладывали не на живую, а предварительно чем-то обезболив то самое место, пострадавшее во время родов. К гинекологам-мужчинам я никогда не обращалась, но сейчас совершенно не беспокоило, кто и что там со мной делает.

"Я так толком ничего не решила и не придумала, когда вырубилась после тяжелейшего дня. Проснулась довольно быстро, не сразу поняв, отчего. Когда роды закончились, за окном было темно, и сейчас по-прежнему темно. Если исходить из предположения, что здесь не полярная ночь, времени прошло немного. На самой границе слуха улавливался детский плач. Я осторожно повернулась на другой бок, но плач не стихал.