Мама для наследника

Лем смотрит на меня столь красноречиво, что и слова не нужны, качает головой и тоже отходит.

Со мной остается только Вовка. Я сажусь на камни, достаю ребенка из жилета и прижимаю к себе. Хотя бы он не отвернется от меня и не осудит. Пока. Но я очень надеюсь, что Даяна сможет стать хорошей матерью для нашего сына. И что он никогда не узнает обо мне, пусть я и не смогу его забыть и разлюбить.

Через полчаса подходят шлюпки.

Матросы подтаскивают их к берегу, и мы начинаем садиться. Я с помощью моряков залезаю в лодку, ко мне подсаживается Панен, все это время стоявшая в стороне, так и не решившаяся подойти.

Надеюсь, и о ней принцесса позаботится. За время жизни в крепости женщина слишком отвыкла от большого мира. Мариар запрыгивает в другую лодку, даже не глядя в мою сторону. Ну что ж, я его понимаю, но сама смотрю на повелителя неотрывно, все равно, кто и что подумает. Остались мои последние минуты в этом мире.

Море благоволит нам, волны, до этого высокие, стихают. Обратный путь к кораблю занимает прискорбно мало времени.

Я переворачиваю жилет, чтобы малыш находился за спиной, и уже привычно забираюсь по веревочной лестнице на корабль. На борту нас подхватывают и ведут в каюту, следом заходит повелитель, Лем и несколько чародеев. Повелитель сразу отходит к большому окну, Лем достает из запертого на чары сундука огромный фолиант, с усилием поднимает его, и кладет на стоящий посередине стол. Все чародеи склоняются над книгой, подхватывая бумагу и грифели. Я жмусь к стене, чувствуя страх и боль. Я не хочу так уходить. Мне хочется попрощаться с Мариаром, сказать, что я тоже его люблю, пусть и поняла всю силу своего чувства только-только. Попрощаться с Панен, рассказав ей правду, и пожелать постараться счастливо прожить жизнь на свободе. Побыть наедине с Вовкой…

— Даяна…

Я оглядываюсь в поисках того, кто позвал меня, но картина не изменилась, и на меня по-прежнему никто не обращает внимания.

— Даяна!"

"Точно! Я опять забыла. Чтобы не привлекать внимания, я тихонечко выхожу из просторной каюты, и иду к борту, наблюдая, как отдаляется Белый материк.

— Здравствуй, прости, что не говорила с тобой в эти дни, — наконец откликаюсь я.

— Все хорошо, я как раз накопила сил для этого разговора, — отвечает принцесса. — А мне есть что тебе сказать.

— И что же? — Я интересуюсь больше для вежливости, потому что ничего особого не жду. Не откажется же она от своей жизни.

— Я вижу, что нить, держащая твою душу в этом мире и в этом теле, стала слишком крепка.