Мама для наследника

Я стою по пояс в реке и погружаю ладони в воду, пропуская ее сквозь пальцы, чувствуя быстрое течение. Вода холодная, да что там — ледяная, стекающая с гор. Но внутри меня снова разливается тепло, холод больше не страшен. Мне ничего не страшно.

Это поток. Он, на первый взгляд, не кажется большим, ширина реки от силы пара десятков метров. Но быстрое течение проносит сотни тонн чистой стихии. Огонь и воздух эфемерны, земля слишком неподатлива. Вода — идеальна. Несокрушимая мощь, способная как подарить жизнь, так и отнять.

Она непокорна, капризна, прихотлива. Как и я. Мы едины. Я — ледяное буйство, несущееся в море. Я — капля, становящаяся океаном. Я — вода.

И я останавливаю поток.

Это как удар. Как взрыв. Как провал в бездну. Вода, будто налетев на невидимую стену, взмывает вверх, с грохотом расшибаясь о несуществующую преграду. Мне нужна ее помощь, и я ее получу. С гибкостью восточной танцовщицы, с грацией кошки и плавностью змеи вода меняет русло, но не сразу, а когда я отпускаю ее на волю. Она рада.

Изгибаясь и извиваясь, всей набранной за минуту силой ударяет в берег, огибая тех, кто жмется к мосту, и сносит всех, стоящих на ее пути. Что такое минута? Сущая безделица. А для стремительного горного потока? Сколько энергии заключено в шестидесяти секундах? Я не знаю, но много. Достаточно, чтобы разом затопить долину. Как фигурки с шахматной доски, она сметает наших врагов. Моих врагов. Трудно сказать, что с ними произойдет дальше, но сейчас лишних людей рядом с нами нет.

Река возвращается в свое русло.

Ей так удобнее. Привычнее. Этот путь она выбрала для себя среди многих других. Я глажу ее прозрачную поверхность, благодарю и прошу прощения. Простит ли?

Сил больше нет, и я падаю навзничь, чувствуя, как река подхватывает мое тело, унося с собой. Мстит или, напротив, не хочет расставаться? Я не сопротивляюсь — просто не могу; течение несет, не выпуская из толщи воды. Внутри все полыхает, я знаю, что это горят легкие от нехватки кислорода, но первый же вдох убьет меня. Дышать под водой я, к сожалению, не умею.

Отдаленный крик прорывается сквозь шум в ушах, но я не разбираю слов. Кажется, это просто чье-то отчаяние. Странно, я сейчас практически не ощущаю эмоций. Как и вода. Она спокойна, и это спокойствие передается мне. Я хочу отрешиться от кричащего голоса, но не могу.

— Живи! — Голос, слышимый мною уже не в первый раз, все-таки пробивается в мое сознание, и я вспоминаю такой же мамин крик. Вспоминаю, кто я и что я должна жить.