Мама для чужого сына

Тогда мне показалось, что Лика задохнулась от возмущения – ее глаза затопила чернота, а из раскрытых губ вырвался слабый стон. Или просто слова рассыпались, как песок – бессмысленные, запоздавшие.

– Хорошо, подыграю. Женись на своей простушке, а я…

– Наверняка родители подберут тебе достойную партию."

"Я промолчал о своей семьей, авторитете Алекса Осборна – одного из самых богатых лондонских бизнесменов и, кстати, белокожего,  о состоянии, которым владеет моя семья. Промолчал… Не боролся за нее, а с легкостью отпустил.

Я хотел, чтобы меня любили таким, какой я есть – бескорыстно и чисто, так как может любить русский человек.

– Джордан, сэр… – вырывает меня из воспоминаний Лейла. – Давайте поедем в больницу к Мэйсону? Боюсь, малыш там плачет совсем один. Вы должны его забрать домой.

– Едем, Лейла. Свяжись со следователем и скажи водителю, что я спущусь через пять минут.

Глава 3.

Джордан.

– Как... они умерли? – выдавливаю, смотря на скорбную физиономию следователя.

Он смеривает меня странным взглядом со смесью любопытства и сочувствия.

– Вскрытие состоится завтра. Как и технический анализ автомобиля.

– То есть не исключено убийство? Намеренная порча машины?

– Не думаю. Машину из службы такси не так просто испортить. Водитель, кстати, тоже погиб. – Вздыхает он.

– Держите меня в курсе. Если что-то нужно... Возможно ли ускорить расследование? – тянусь в карман пальто, чтобы достать портмоне.

Отчего-то в голове витают странные мысли о чьей-то мести. Странно, но отец ничего такого не говорил. А, может, это Ольшанский? Воспоминания о Лике, как беспокойная стайка воробьев вновь вспархивают в мыслях. Она набралась мужества, задвинула гордость подальше и пришла унижаться передо мной… Очевидно, ее жизнь стала совсем невыносимой. Если он грязно играет с конкурентами, боюсь представить, что Виктор позволяет себе дома!

– Я так понимаю, хоронить супругов Дженкинс вы будете не в Москве? – осведомляется следователь.

– В Лондоне. Сделайте так, чтобы тела мне вернули завтра без проволочек, – сую несколько купюр в карман его куртки.

– Несомненно, – он довольно похлопывает ладонью по карману.

Весенняя слякоть хлюпает под ногами, тёплый апрельский ветер забирается под одежду, когда мы с Лейлой, огибая лужи, бредём к машине. Малыша Мэйсона после аварии увезли в Морозовскую больницу.