Мама для чужого сына

Джордан противится моему возвращению домой. Умоляет вернуться в Сити, обещает поговорить с родителями… А что с ними разговаривать? Вижу, что они смирились с моим существованием рядом с Джо.

Я решаюсь вернуться в квартиру. В конце концов, она моя по закону, да и стеснять Улечку мне не хочется. По-моему, у них наклевывается роман с Глебом – не хочу мешать чужому счастью и мелькать перед глазами в тесной квартирке."

"Разбираю сумку, раскладываю вещи, заказываю доставку роллов… Открываю окно, впуская порцию теплого летнего воздуха.

Он треплет тонкую занавеску, взвивает ее вверх, а потом резко вниз – прямо как мое настроение. Сейчас мне невыносимо грустно… Скучаю за любимыми – Джо и Мэйсоном. Сажусь возле окошка, смотрю на бегающих по аллейке детишек и начинаю петь… Мой маленький, где ты сейчас? Никогда не выпущу тебя из рук, только вернись…

– За окном совсем темно,

Солнце спит уже давно,

Ветер все огни задул,

Чтобы ты скорей уснул.

Баю-баю-баю-бай,

Спи, котёнок, засыпай.

Может, позвонить Вострикову? Как он ищет малыша? Что предпринимает? Он, вообще, сможет? Позвонить Хапаеву и предложить нанять частного детектива? Черт, как же я раньше не догадалась? Спешно набираю номер Магомеда и выпаливаю:

– Предложите Алеску Осборну нанять частного детектива!

– Погоди, Лика.

Не тараторь. Востриков нашел машину, на которой увезли Тасю и Мэйсона. Ну… или они сами уехали. Ее бросили в четырехстах километрах от Москвы. Местные рыбаки нашли.

– А Мэй?

– Они не могли далеко уйти, я уверен! – ободряюще произносит Хапаев.

– Завтра Востриков едет на место и опросит свидетелей.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 50.

Джордан.

Не могу больше здесь валяться! Отлеживаться, пока моя девочка разруливает свалившиеся на ее хрупкие плечи проблемы: хоронит мужа, бегает на допросы, обустраивает квартиру. К слову, я не хочу, чтобы она там жила… Но упрямица делает по-своему и съезжает от Ульяны. Все проходит будто мимо меня. Злюсь на собственное бессилие и пытаюсь вспомнить лица тех, кто меня избил.

По крупицам восстанавливаю в памяти события того дня: я поехал в условленное место, оставил сумку с деньгами в мусорном баке, но не успел обернуться – получил удар по голове. Помню только сильные руки с татуированной кожей. Тяжелые шаги за спиной, такое же тяжелое, шумное дыхание. Черные кожаные куртки, запах сигарет, бритые затылки – воспоминания походят на вспышки молнии, такие же кратковременные и яркие.