Малыши в подарок

– Ты ответишь за это, Юлька-пулька, – серые глаза превращаются в грозовые тучи, и я сглатываю ставшую вязкой слюну.

И почему мне нравится наблюдать за ним, когда он перестает быть заносчивой задницей и становится похож на вулкан?

– Тебе заплатить за моральный ущерб? Погладить по головке?

На лице Захара появляется довольный оскал.

– Да-а-а-а-а-а, погладить по головке.

Цокаю.

– Боже, кто о чем, а вшивый о бане. Тебе твоя Карина не дает, что ли, совсем?

Захар хмыкает.

– Я сам не беру.

Закрываю уши и мотаю головой.

– Мне неинтересно. Вообще. Абсолютно, – бормочу, – отпусти волосы.

Захар лишь ослабевает хватку, но продолжает держать меня близко к себе.

– Чтоб ты свалила? Нет уж, ты мне должна завтрак.

Не могу подавить стон.

– Я обещала только показать, где вкусно кормят.

Он пожимает плечами.

– Одно другому не помешает.

Мы трогаемся с места, и я начинаю говорить, куда ехать. И Захар реально пару раз путает сторону и сворачивает не туда.

– А я предупреждал.

Ошарашенно смотрю на его нахмуренный профиль.

– Как ты вообще ездишь за рулем?

– По навигатору, если куда-то в незнакомое место надо.

Как ни в чем не бывало пожимает плечами этот гад.

– А сейчас-то что помешало по нему поехать? – складываю руки на груди и пытаюсь превратить Захара в горстку пепла.

Жаль, не срабатывает…

– Не захотел. Здесь? – кивает на неприметное одноэтажное здание.

Угукаю.

Глава 10

Места перед местной столовой не так много, и Захар с трудом втискивается на своем монстре у входа.

– Да уж, – выходит из машины и обводит заведение скептичным взглядом, – я буду жить после завтрака?

Цокаю. Прикусываю язык до боли, чтобы не нахамить и не послать его куда подальше.

– Ещё раз говорю: не нравится — выезд из поселка там, – тыкаю пальцем в уходящую вдаль дорогу, – завтракайте в своих крутых ресторанах.

– Да ладно, ладно, – Захар обходит машину и прижимает меня к себе, как будто так и надо, – не злись.

И глазки такие невинные.

Переплетает наши пальцы. Пытаюсь освободить руку, но Волков сильнее стискивает её в своей лапище и тянет меня внутрь.

– Ох, ни фига, вот это раритет, – присвистывает, когда оказываемся внутри."

"Ну да, он-то привык к совсем другим интерьерам. Со всякими ледовыми городками во внутреннем дворе. И к высотам, на которых весь город как на ладони. А тут все по-простому. По-домашнему.