Малышка со шрамами

Он долгое время сопротивлялся, не желая ехать в забытую предками глушь, но стоило ему приехать, его встретила маленькая волчица, которая знать не знала о том, кто она. Мы же все-таки звери, Анна. Чуем зверей издалека. Немного поискав информацию, выяснилось, что тебя якобы нашел Луи, и после небольшого допроса, он признался, откуда тебя принес. И все встало на свои места. Девочка, которая могла повлиять на исход этих прений, все это время жила у волков под боком, а они этого даже не предполагали. Конечно, для нас это было выгодно.

- Но как тогда Леон не понял кто я?

- Именно поэтому тебя было решено отправить в пансион. Он и сам был щенком, но чем старше ты становилась, тем больше у него было возможностей это понять.

- То есть… - Я замолчала, раскладывая информацию по полочкам. – Его рьяное желание жениться на мне сейчас, связанно именно с этим? – Голос был глух, и я вновь ощутила себя слепой от рождения.

Вокруг кипела жизнь, о которой я не могла и предполагать.

- Безусловно. Мы шпионили за ним долгое время, как и за Везери. Константин хотел переманить его на свою сторону, и у него практически вышло, только волчонок слишком доверчив, и всем сердцем доверился взявшему над ним тайный патронаж матерому волку. Который манипулировал им в своих целях.

- Это слишком сложно.

- Ерунда. Если следить за этим много лет, все становится понятно как белый день.

Ноел, Ноел…

«А ты хороша. Ноел был прав» - так же говорил Везери в нашу первую встречу!

Значит, все слова этой старой сварливой леди правда.

- Леон, глупец, даже не знал, что девочка, с которой он рос, и которая вернулась из пансиона, была и есть наследница восточной крепости, а не простая необученная волчица.

- Стойте, стойте! Леон не знал, что я наследница… Рафаля? – С трудом вспомнив имя, спросила я, и леди Зайдена согласно качнула головой, странно заглядывая мне в глаза.

- Но это знал Везери. И вновь использовал Леона в своих целях, якобы благословляя ваш брак.

- И что теперь? Когда Алекс… Мой лорд, пометил меня?

- Ничего. Везери готов на последний удар, и нам остается его только дождаться, предотвратить и судить Везери как преступника. Не беспокойся, твоя судьба предрешена.