Малой кровью на своей территории

Тем более что все это у противника – вот тут надо признать – и более продумано, и качеством получше будет. Для примера возьмите хоть немецкие пехотные сапоги, их же пехотные ранцы и полевые бинокли…

– Отнимать… – хмыкнул Трофимов, прерывая это не очень нравящееся ему перечисление достоинств немецкого снаряжения, и перелистнул страницу своего блокнота. – Ну и словечки у тебя, лейтенант. Ладно, будем считать, вопрос с твоим подозрительным увлечением немецким вооружением и всем остальным мы прояснили.

– Ну вот, товарищ бригадный комиссар, говоря рыбацким языком, и первая поклевка. Как я и надеялся, нашлась кавалерия…

Командир сабельного эскадрона 152-го кавалерийского полка капитан Сотников вот уже несколько суток был сильно не в настроении. Настолько сильно не в настроении, что его бойцы, хорошо зная и так нелегкий характер своего командира, старались как можно меньше попадаться ему на глаза, во избежание опасности спровоцировать выплеск эмоций.

"Да и откуда у Сотникова было взяться хорошему настроению, если эта нелепая и ошеломительная война началась и идет совсем не так, как им вдалбливали при обучении и на маневрах. Ведь к чему тогда готовились, какие лозунги были?! «Война малой кровью, на чужой территории»… «Мгновенный и сокрушительный контратакующий ответ на агрессию любого врага, с переходом на его территорию и быстрым разгромом»…

А что теперь?! Теперь, вместо лихих контратак, сокрушительных конно-механизированных прорывов и смертоносных кавалерийских рейдов по тылам растерянного, дезорганизованного противника, к которым он готовился сам и готовил своих бойцов, его эскадрон вот уже третий день отступает по глухим лесным просекам, прячась от немцев и старательно маскируясь от обнаружения.