Малой кровью на своей территории

Что касается вещественных доказательств – так они тоже на хуторе остались. Мы ведь там даже не все тайники и схроны вскрыли – время поджимало. И так – вон, на сколько, задержались.

– Повесился после допроса, говоришь? – тихо переспросил Трофимов, на щеках которого заходили желваки, а лицо и шея пошли красными пятнами гнева. – Что – младший лейтенант – самосуд решил устроить?! – продолжил он уже в полный голос. – Решил, что это именно ты здесь – Советская власть?!

Сергей явственно увидел, что следующие слова – много разных слов – бригадный комиссар собирается уже проорать, устраивая начальственный разнос и обвиняя младшего лейтенанта Петрова в превышении служебных полномочий, а то и еще в чем похуже.

Не то, чтобы назревал бунт или какое-то неповиновение, но накалять обстановку в подразделении, да еще практически на вражеской территории, было совершенно излишним. К тому же сам Сергей полностью одобрял все действия Игоря Петрова на хуторе и целиком разделял его позицию по вопросам воздаяния. Поэтому он быстро, пока младший лейтенант не успел ничего ответить, чуть вклинился между ним и Трофимовым.

– Разрешите обратиться, товарищ бригадный комиссар.

И потом уже гораздо тише, только для ушей Трофимова:

– Имею важные соображения по событиям на хуторе, товарищ бригадный комиссар. Нам бы их обсудить наедине, без лишних глаз и ушей.

И показал глазами на волнующихся бойцов. Трофимов, прерванный как раз на вдохе, недовольно скривился, покосился на личный состав, потом на Сергея и выдохнул:

– Ладно, младший лейтенант.

– Товарищ бригадный комиссар, – негромко начал Сергей. – Я, как командир отряда, полностью несу ответственность за действия своего подчиненного.