Маленькая хозяйка замка Шгрив

Найдутся смельчаки, которые идут к своей цели, не видя на пути преград. Я уже могу назвать парочку тех, кто не спускает с вас глаз, и если ваш муж в скором времени не займёт ваше внимание… Ах, какая «фигурная» пара! — дама, недоговорив, переключила своё внимание на танцующих, увидев там более интересное зрелище. Юлия повернула голову и…

Ах, какая интересная пара!

Лорд Дункан танцевал с маркизой Эльвинг — женщиной пышных форм, вздорного характера, ужасного вкуса и катастрофической влюбчивости. Дожидаясь жену у выхода из залы, герцог был замечен, атакован, а потом и ангажирован в нарушение всех мыслимых правил этикета.

Отказать настойчивой леди он не смог, и поэтому сейчас вынужден был «наслаждаться» приторным запахом духов и отвечать на фальшивую улыбку партнёрши. Танец был похож на «пантомиму» ухаживания кавалера за дамой, которая изображает в танце побег и уклонение от ухаживаний этого самого кавалера. Кто кого «преследовал» в этой паре, было предельно ясно и не вызывало сомнений. Герцог давно заметил Юлию, сидящую на диванчике в обществе графини Антор. Девушка была спокойна и с любопытством оглядывала публику, слушая пожилую леди. Дункан незаметно расслабился, но тут же снова напрягся, заметив уже не фальшивую улыбку, а плотоядный оскал маркизы.

С последними аккордами манерного танца лорд поспешил поблагодарить навязчивую партнёршу галантным поклоном и, сопроводив её к месту, указанному леди, сбежал к своей жене.

— Миледи, — поприветствовал он графиню и посмотрел на Юлию, подавая ей руку, чтобы помочь подняться.

 — Ты не скучаешь, милая?

— Нет, что вы! Наблюдать, как дама с рукавами, похожими на бараньи окорока немыслимого размера, ведёт в танце моего мужа, а не наоборот, было весело.

Герцог передёрнул плечами и покосился в сторону стоящей в кругу своих «обожателей» маркизы.

— Надо заметить, смотрелись вы гармонично. Но я бы вышла ненадолго, в зале очень душно, — тон, и какой-то неживой взгляд Юлии заставили Дункана обеспокоенно вглядеться в её лицо.

"

"Супруги остановились у окна галереи, всматриваясь в ночное небо, чистое, звёздное после прошедшего снегопада. Откуда-то с улицы послышался взрыв смеха, а потом чей-то звонкий голос завёл задорную песню. Простой народ гулял весело в отличие от господ, которые, как и полагалось высшему свету, больше показывали себя, свой наряд и светскость манер. А танцы? Выставка блеска, пышности и знатности.

— Сейчас бы туда, к людям, — мечтательно произнесла девушка.