Маленькая хозяйка замка Шгрив

— А что, больше не к кому вечером ходить? — тут же огрызнулась Тиль. Надоели эти пустые обещания, раздаваемые мужчинами.

— Он тебя сильно обидел, — не спрашивал, а утверждал рыжик. — Только скажи, и я накажу его.

— Мне плевать на него. Часто лучше не замечать обид, чем мстить за неё. Отомстив, не становится легче."

"Михельсен одобрительно хмыкнул, признавая правду в словах девушки.

— А со мной будешь встречаться? — спросил и затаил дыхание. И пока горничная переваривала вопрос, приблизился вплотную, чем сильно смутил её.

— Может, лучше чаю? С конфетками? — слабым голосом, уйдя от ответа, проблеяла «Великанша» не глядя на Николаса. И для достоверности своих намерений потрясла кулём с лакомством перед носом агента.

— Ты мне не ответила, — мотнув головой, упорствовал сыщик.

— Я всего лишь горничная… — вздохнула с горечью Тильда, а у самой сердечко затрепетало.

— Нет. Не «всего лишь», — усмехнулся тот и дунул на выбившуюся из-под её чепца кудряшку. — Для меня ты другая.

В словах мужчины послышалось уважение.

— Тиль! — громкий радостный голос Томаса Хейли неожиданно вывел её из самокопания, — Я за призом!

— За каким — таким призом? — горничная слегка опешила от его заявления.

— Тео опять меня послал за лестницей, но я отказался ему помогать и получил по уху, — стервец развёл руками и, повернув голову набок, продемонстрировал опухший и покрасневший слуховой орган.

Матильда вымучено застонала и подняла растерянный взгляд на рыжего. Тот с интересом изучал нагловатого парня.

— Весело тут у вас… — протянул насмешливо Ник, и это стало последней каплей для девушки.

Не обращая внимания на веселье Михельсена, она решительно взяла его за руку и потащила за собой по коридору.

— Эй, вы куда? — забеспокоился Том.

— На кухню пить чай! — уверенно бросила ему через плечо на ходу Тиль.

— А это кто с тобой? — продолжал волноваться помощник лекаря, еле поспевая за ними.

— Жених!

Глава 18

Старую Фриду деревенские считали полоумной и давно перестали обращать внимания на ее выходки. Она собирала по всей округе бездомных кошек и собак, притаскивая их в свой старый, разваливающийся дом на окраине поселения. Иногда развлекала жителей концертами — сидя на лавочке под покосившимся забором она могла полдня горланить одну и ту же песню.