Кошка в сапожках и маркиз Людоед

Точно так же смотрел на меня Бастиан, когда мы в далёком детстве воровали яблоки в саду у старосты. Бастиана поймали, а я успела убежать. Но этот слабак меня выдал, только ему пригрозили крапивой. И когда староста пришёл к нам на мельницу жаловаться, Бастиан смотрел на меня точно так же. Просил взглядом прощения.

Значит, работник Миттеранов тоже просил у меня прощения?.. Но нет, он смотрел не на меня… Он смотрел мимо…

Обернувшись, я успела заметить улыбку на губах Дайаны. Улыбка была мимолётной, почти неуловимой – но совсем не нежной.

- Это ведь вы натравили на меня вашего слугу, - выпалила я. – Вы хотели, чтобы он меня убил?

Сдобное личико Дайаны досадливо дёрнулось, а потом она прошипела:

- От этого все бы только выиграли!

- Чем я вам так насолила, что вы решили меня убить?

Судья, наконец, добился тишины, предварительно стукнув несколько раз деревянным молотком.

- Обвиняемый! – рявкнул судья. – От вас будут хоть какие-то пояснения?

Но даже если бы Робер начал каяться во всех грехах, я всё равно бы его не услышала, потому что в это время Дайана облокотилась о спинку моей скамьи и нашёптывала мне на ухо:"

"- Сядьте прямо, барышня Ботэ, и смотрите на судью.

- Вы – чудовище, - сказала я одними губами, но она поняла, и зашипела, как змея.

- А вы – воровка! Вы украли у меня Ноэля!

- Можно подумать, он когда-то был вашим, - фыркнула я.

- Что-то хотите сказать, барышня Ботэ? – тут же обратил на меня внимание судья. – Нам показалось, или вы смеётесь? Желаете выдвинуть обвинение против Робера Рисби без предварительного допроса?

Я молчала всего секунду, а потом громко сказала:

- Ваша честь, я передумала и вообще не желаю подавать обвинение.

Лицо судьи вытянулось, Лиленбрук удивлённо приподнял брови, а милорд Огрест вскочил, попросив сделать перерыв на пять минут.

Перерыв разрешили, и маркграф сразу утащил меня в угол, подальше от посторонних ушей.

- Вы с ума сошли? – спросил Ноэль, заглядывая мне в лицо.