Кошка в сапожках и маркиз Людоед

Можете быть спокойны – ни один мужчина в этом городе не заинтересует меня, - тут я не смогла удержаться от шутки и добавила, чувствуя, как лукаво дёргаются уголки губ, - не заинтересует, даже если будет очень сильно стараться.

Оказывается, глаза у милорда Огреста не синие, а голубые. Это красиво, когда у человека голубые глаза. Всегда кажется, что человек с такими глазами прямодушен, честен и отважен. Особенно когда смотрит вот так – прямо, без хитринки…

- Я не об этом, - голос маркграфа вернул меня откуда-то из голубых небес на каменный пол.

- О… хорошо. Можете на меня рассчитывать, - сказала я серьёзно, хотя тут впору было расхохотаться.

Пока я заверяла его в своих серьезных намерениях, он просто хотел намекнуть, чтобы я не слушала, что о нём болтают люди. Интересно, а про своё милое прозвище он знает?

- Раз мы всё выяснили, - маркграф убрал письмо мадам Флёри в шкатулку, - я прикажу Жозефине проводить вас в вашу комнату.

- Совершенно верно, - согласилась я, отметив, как он невзначай бросил «я прикажу», «я распорядился».

- Надеюсь, вам понравится в нашем городе, - Огрест постарался произнести это максимально радушно, но у него плохо получилось.

Старания я оценила и сказала, что уверена, что мне будет очень уютно в Шанталь-де-нэж и в этом замке.

- Отдохнёте – и Жозефина представит вас Марлен, - закончил наш разговор милорд маркграф и с плохо скрываемым облегчением повёл рукой в сторону двери, предлагая мне выйти.

- Разве не вы познакомите нас? – удивилась я.

- Нет, Жозефина, - отрезал он. – У меня срочные дела. Прошу простить, барышня Ботэ.

- Как скажете, - я не слишком поняла его раздражение, но оно, несомненно, было.

Только не понятно, что его вызвало. Что или кто. Надеюсь, не мои красные сапожки действовали на него, как иголка в бок.

Госпожа Броссар дожидалась нас в коридоре, и сразу же взяла меня в оборот.

- Комната вам понравится, - говорила она деловито. – Там до вас никто не жил, но очень уютно. В замке, вообще, мало народу. Милорд, барышня Марлен, я и двое слуг.

Себя она, судя по всему, к слугам не причисляла. Любопытно, в какую категорию попаду я?

- Вы не родственница виконтессе Ботэ? – спросила между тем госпожа Броссар.

Ах, ну да.