Князь. Война магов

 – Не зудит у деда кожа… – Он чиркнул о сталь пучок чистотела. – Не летят к деду комары…

Раз за разом, перечисляя возможные недуги и напасти, Зверев бросал в костер соответствующие травы, пока заготовки не иссякли. Тогда князь спрятал клинок в ножны, подобрал перо, сдул следом за травами:

– Лети, птица быстрая, птица белая, за горы высокие, за яры глубокие, за чащобы темные. Сядь на плечо деду железному, шепни в ухо левое: «У меня над костром еда сытная, еда сладкая»… – При этих словах Андрей дважды посолил пламя, заставив взметнуться сноп искр.

Он провел ладонью над огнем, собрал дым и сдул его с ладони.

– Коли ты, облачко малое, послушно, так и большим послушными быть.

– И что теперь? – спросил Иван Григорьевич.

"– Теперь завтрак. – Андрей подобрал крестик, поцеловал, повесил обратно на шею и перекрестился. – А можно по кубку меда татарского выпить, что мы позавчера в остроге взяли, да на солнышко греться пойти.

– Какое солнышко?! Там льет, как из ведра!

– Уверен, Иван Григорьевич? Коли так – пойдем, глянем.

Бояре вместе откинули полог, шагнули на улицу. На небе, розовея в утренних лучах, расползались по сторонам кудрявые чистые облака.

– Ты… Ты… – Дьяк Выродков порывисто обнял Андрея и быстрым шагом двинулся к Арскому полю.

– Надеюсь, за это он меня хвалить Иоанну не станет, – задумчиво пробормотал Зверев. – Пахом, коли будут меня спрашивать – лежу я больной после раны. Бок чего-то тянет. Ходить, и то тяжело. Авось, за пару дней мир без меня не рухнет.

Расслабиться удалось всего на несколько часов. После обеда в юрту примчался боярин Выродков и пожаловался, что дождь начался снова. Андрей, благо нужные травы и перья имелись, тучи разогнал. Но ненадолго – к вечеру небо над Казанью опять обложило тучами, хлынул все тот же убийственный проливной дождь.

– Собирайся, князь, чего покажу, – заглянул в юрту Иван Григорьевич. – Вчера на турах у Ногайских ворот наряд заметил. Часто выходили, от смерды и пригляделись. Как распогоживаться начинает, так зараз и появляются. Там как раз вроде светлеет.

Андрей поднялся.