Князь. Война магов

Всадники ночи не потеряли никого, но перебили невероятное количество османов. Кто говорит – пятнадцать тысяч, а кто – тридцать пять… Султан испугался и ушел из Трансильвании.

– Вот это витязь! – восхитился Илья. – Откель ты только все это знаешь, Андрей Васильевич?

– Граф Дракула слишком знаменитая личность, чтобы нормальный человек хоть раз в жизни не набрал его имя в интернетовском поисковике. Там я пяток разных статей о нем прочитал. Подробностей не помню, но в общих чертах все было так, как я рассказал.

– А что такое «итернетовский поисковик»? – не понял Илья.

– Так что с ним было дальше, с Дракулой? – спросил Изольд.

– Дальше все было печально, – вздохнул Зверев. – Когда Влад Дракула после победы возвращался в столицу, бояре в темноте приняли его за турка, напали на его отряд, долго сражались и, окружив господаря, пронзили копьями, о чем, заметив ошибку, весьма сожалели. Обезумев от горя, скорбящие соотечественники отрубили голову мертвому правителю, законсервировали ее в меду и доставили в качестве трофея османскому султану.

– Это как? Почему? Ты чего-то перепутал, Андрей Васильевич! – чуть не хором возмутились холопы.

– А при чем тут я? – развел руками Андрей. – Так написано в венгерских летописях. Я просто пересказал. Что до Трансильвании, то она перешла к Османской империи и поныне в ее владениях.

– Завсегда средь бояр хоть один предатель да окажется, – в сердцах ударил кулаком в ладонь дядька. – То с ляхами ворота открыть уговорятся, то татар тайными бродами проведут, то к ливонцам переметнутся!

– Не огорчайся так, Пахом, – усмехнулся Зверев.

– Дозволь слово молвить, княже! – оттолкнув дядьку, выпрямился перед Андреем светловолосый Изольд.

– Это я совершенно точно запомнил, – кивнул Зверев. – В память врезалось, что в кино вампиры креста боятся, а про звон ни разу не упоминается. На деле же все наоборот. На крест им плевать, внимания не обратят, а колокол убивает враз, как простых микробов."

"– Там, – холоп ткнул пальцем в сторону окна, – там церковь, я видел.

– Да-да, – подхватил Илья, – со звонницей из мореного дуба.