Магическая штучка

Но когда я развернулась, на лице куратора на миг отразилось такое разочарование, словно все его надежды рухнули. А мне… Мне так обидно стало, и горько. И обидно. Вот.

На Кремера больше не смотрела. Побрела к Жавуриной.

— Не расстраивайся, Ксю! — Юлка сжала мою руку.

— Ага, я помню — теперь мне в любви повезет, — ответила я, пресекая ее дальнейшие слова.

— А то, как же! Повезет, обязательно.

— На этом, уважаемые леди, активизация вашего дара окончена. Уже сегодня у вас началась новая, совершенно иная жизнь. В этом вы все очень скоро убедитесь, — произнес верховный маг.

— Я скоро, — шепнула мне Жавурина, прежде чем направиться к Кремеру.

А я пошла вместе со всеми обратно. Перед глазами так и стояло расстроенное лицо куратора. Он в меня верил, спас от эллинов, а я его подвела, не оправдала, так сказать, возложенных на меня надежд. Что ж, жизнь на этом не заканчивается, но на душе все же муторно.

Как вернулись, и как я добрела до комнаты, почти не помнила. Просто легла на кровать, закрыла глаза и почти мгновенно уснула.

А потом мне приснился сон.

Глава 19

Я оказалась в том самом зале, в котором на меня напал детеныш эллина. И ворчливый старик здесь был. Хотя, почему был? Вот он сидит в кресле, положил ногу на ногу, отчего насыщенно фиолетовый халат раскрылся, обнажив тощую коленку. Но, кажется, мага это нисколько не смущает. Вон, как непринужденно покачивает сафьяновым тапком с загнутым носком.

— Наконец-то, — ворчливо сказал Эрзул Эрлазар… или как там его?

— В смысле? — не поняла я его претензий.

— В мое время девушки не позволяли себе появляться перед мужчинами в подобном виде! — вновь отчитал он меня. Интересно, Фонтей хоть когда-нибудь говорит что-то хорошее?

Я оглядела себя. Да, во сне на мне была та же самая одежда, в которой я ходила в университет. И если мантию и джемпер я сняла, то джинсы и футболку с надписью «У кого сиськи, тот и прав!» не успела, вырубилась.

— А в мое время считается неприличным мужчине обнажать коленки на людях, если, конечно, он не на пляже, — возразила я.

— Мужчина дома и здесь он как хочет, так и ходит — это раз. И потом, где ты здесь людей увидела? — ехидно поинтересовался этот Эрлазарл.

— А я вам, что уже не люди? — как-то даже немного задело, вот правда!

— Ты? Люди? А-ха-ха-ха-ха! — смеялся он долго, от души, вытирая рукавом халата выступившие слезы.